– Мы будем использовать язык Королевства, – заявила Лирна генеральской вдове. – Так будет удобнее всем присутствующим.
– Как пожелаете, – кивнула воларка.
– Обвиняемые должны обращаться к королеве «ваше высочество», – гневно рыкнул Илтис.
– Как пожелаете, ваше высочество, – послушно повторила женщина, вновь схватившись за живот и болезненно морщась.
– Как ваше имя? – спросила Лирна.
– Форнелла Ав-Токрев Ав-Энтриль… ваше высочество.
– Вас судят за развязывание необъявленной и беспричинной войны и нападение на Объединённое Королевство с использованием средств, противных человеческой природе. В случае если обвинение будет доказано, приговор – смерть.
Лирна внимательно посмотрела в лицо женщине, заметив что та боялась, но определённо меньше, чем можно было ожидать. «Неужели Вернье говорил правду? И она действительно живёт так давно, что смерть её не страшит?»
– Должна сообщить, – продолжала Лирна, – лорд Вернье выступил свидетелем в вашу защиту. Он поведал нам, что вы – женщина рассудительная и, хотя вы намеревались извлечь личную выгоду из несчастий, обрушившихся на нашу землю, сами в злодеяниях участия не принимали. Доверяя его показаниям, мы решили проявить милость. При условии, что получим честные и исчерпывающие ответы на все наши вопросы. – Королева чуть подалась вперёд, пристально глядя женщине в глаза, и добавила по-воларски: – Можете быть уверены, благородная госпожа, среди нас есть такие, кто распознает малейшую ложь, как если бы это был громкий вопль. А также те, кто сумеет извлечь правду из вашей головы даже после того, как её отрубят.
– Я согласна, ваше высочество, – торопливо кивнула воларка, и Лирна отметила, что её страх возрос.
– Вот и прекрасно. – Королева откинулась в кресле, подавив мгновенный приступ злости. – Позже я подробнейшим образом расспрошу вас обо всём наедине, а пока самое важное… Лорд Вернье сообщил, что ваш муж ждал некой «следующей волны», которая должна прибыть в Варинсхолд. О чём именно речь?
– О подкреплении, ваше высочество, – благоразумно не промедлила Форнелла. – О силах, которые должны будут оккупировать эти земли и подготовить их для следующего этапа.
– Какого этапа? – нахмурилась Лирна. – Насколько я понимаю, ваше вторжение уже состоялось, о каком ещё этапе вы толкуете?
– Захват Королевства – лишь первый шаг в куда более грандиозном замысле, ваше высочество. – Форнелла переступила с ноги на ногу, подавляя судорогу боли. – Местоположение этих земель как нельзя лучше подходит для достижения конечной цели.
Лирна почувствовала, что Ваэлин напрягся. Некоторое время он смотрел на женщину во все глаза, затем издал разочарованный вздох.
– Что с вами, милорд? – с беспокойством спросила Лирна.
– Прошу извинить меня, ваше высочество, – слабо улыбнулся он. – Просто… я очень устал.
И действительно, глаза у него покраснели, щеки запали, на лице лежала печать глубокой тоски. Она знала, что он совершил накануне, и со временем о его великом деянии должен был узнать весь мир. Но неужели совершенные в бою убийства легли таким тяжким бременем на его душу? Лирна всегда считала Ваэлина нечувствительным к переживаниям подобного рода, будь то чувство вины или отчаяние. Он никогда не был склонен корить себя за содеянное. Но теперь… «Что если он сделался обыкновенным человеком?»
– Хватит экивоков, – приказала она воларке. – Что это за цель?
– Альпиранская империя, ваше высочество, – с некоторым удивлением произнесла Форнелла, как если бы ответ был совершенно очевиден. – Ваше Королевство – прекрасный плацдарм для вторжения в империю. Следующим летом армия должна отбыть из здешних портов и высадиться на северном побережье Альпиры. Одновременно другая армия такой же численности атакует их южные границы. И вековая мечта воларского народа наконец-то осуществится. – Женщина едва заметно искривила губы в усмешке. – Прошу прощения, ваше высочество, но я должна сказать, что наше вторжение сюда – лишь дебютный ход в большой игре.
– Понятно, – задумчиво протянула Лирна. – В игре, которую закончу я, когда сожгу Воларию.
Вечером во дворце было устроено некое подобие пиршества. Осада не затянулась, и в столице Кумбраэля оставалось немало припасов. Длинный парадный стол в главном зале был обильно заставлен едой и вином, которое оказалось на редкость неплохим.
– Оно из личных подвалов моего дяди, – пояснила Рива. – Правда, большую часть я уже раздала горожанам.
Они стояли в саду, у открытого окна в зал. Илтис и Бентен отошли на дюжину шагов в сторону. Азраэлинка – судя по всему, советница покойного владыки фьефа, как, впрочем, и нынешней его правительницы, – стояла у окна внутри. Вся её поза и выражение лица были подчёркнуто безразличными, однако она не сводила блестящих глаз с двух женщин.
– Госпожа не любит вино? – спросила Лирна правительницу, повернувшись спиной к испытующему взору советницы.
