Зарычав, она кинулась вперёд – мигом позабыв все поучения, которые долгие годы пытались вбить в неё с помощью розог. Ложный выпад влево, прыжок, нож направлен в плечо… Клинок снова встретил пустоту. Оступившись, она потеряла равновесие в самый ответственный момент атаки, затем резко развернулась и увидела мужчину, с ухмылкой стоящего совсем рядом.
Снова выпад, нож описал сложную кривую с множеством уколов и замахов, головокружительно быстрые удары рук и ног – но ни один из них так и не достиг цели.
Она заставила себя остановиться и перевести дыхание, пытаясь подавить гнев и ненависть. В голове всплыли слова священника: «Если атака провалилась, уйди в тень и поищи другую возможность. Терпеливым воздаётся от Отца Мира». Девушка бросила на противника полный ярости взгляд и повернулась, собираясь раствориться в темноте…
– У тебя глаза твоего отца.
«Уходи!» – закричал голос священника в её голове. Она остановилась и медленно оглянулась. Выражение лица мужчины изменилось: веселье превратилось в сожаление.
– Где клинок моего отца? – спросила она. – Отвечай, Тёмный Меч!
– Надо же, «Тёмный Меч». Много лет никто меня так не называл, – сказал он, вернулся к кострищу, подбросил туда новых веток и развёл огонь, выбив искру.
Девушка хотела отправиться обратно в лес, но почему-то пошла следом за ним. Она чувствовала разочарование и ненависть к себе. «Трусиха! Слабачка!»
– Если хочешь, оставайся, – предложил Тёмный Меч. – Ну, или иди, куда шла.
Та глубоко вздохнула, спрятала нож и села с противоположной стороны разгорающегося костра.
– Тебя спасла Тьма, – обвиняюще произнесла она. – Твоя нечестивая магия поганит любовь Отца.
Он даже крякнул от удивления, продолжая подбрасывать ветки в огонь.
– У тебя на подошвах пыль из Варнсклейва, а пыль этого города пахнет особым образом. Тебе следовало держаться подветренной стороны.
Ругнувшись про себя, она покосилась на свои сапоги, борясь с желанием немедленно их вымыть.
– Все равно без Тёмного взгляда тут не обошлось. Иначе откуда бы тебе знать о моём отце?
– Я же сказал, у тебя – его глаза. – Мужчина потянулся за кожаным мешком и бросил его поверх костра девушке. – Возьми, вид у тебя голодный.
В мешке обнаружились вяленая говядина и несколько овсяных лепёшек. Несмотря на бурчание в животе, она проигнорировала еду.
– Действительно, кому и знать, как не тебе, – сказала она. – Ведь это ты его убил.
– Вообще-то нет, не я. Что же до того, кто это сделал… – Он запнулся и помрачнел. – Короче говоря, этот человек тоже мёртв.
– Но нападением на святую обитель руководил ты…
– Хентес Мустор был сумасшедшим фанатиком и отцеубийцей, ввергнувшим Королевство в бессмысленную бойню.
– Истинный Меч покарал своего отца за предательство, он стремился освободить нас от вашего еретического владычества. Всё, что он делал, он делал во славу Отца Мира…
– Да ну? Это он сам тебе так сказал?
Девушка промолчала, опустив голову, чтобы скрыть гнев. Отец ничего ей не говорил, она его даже не видела никогда, и Тёмному Мечу, кстати, это было прекрасно известно.
– Просто ответь мне, где клинок моего отца, – хрипло произнесла она. – Меч мой по праву.
– Значит, это и есть твоё испытание? Фанатичный поиск ярда отточенной стали? – Он наклонился к стволу тиса, поднял обёрнутый холстиной свёрток и протянул ей. – Если хочешь, возьми этот. Во всяком случае, он выкован лучше, чем меч твоего отца.
– Клинок Истинного Меча – святая реликвия, описанная в Одиннадцатикнижии, благословлённая Отцом Мира, чтобы объединить Возлюбленных и положить предел еретическому владычеству.
Мужчина снова развеселился.
– По правде говоря, это обыкновенный меч ренфаэльского образца, какие носят дружинники или обнищавшие рыцари. На рукояти нет ни золота, ни драгоценных камней, которые могли бы придать ему хоть какую-то ценность.
Не обращая внимания на презрение в его голосе, девушка продолжала настаивать на своём:
– Ты же был там, когда меч извлекли из тела моего замученного отца. Если не скажешь, где клинок, лучше тебе меня убить. Иначе, клянусь Отцом, я превращу остаток твоих дней в кошмар, Тёмный Меч!
– Ваэлин, – сказал он, кладя свёрток на прежнее место.
– Что?
– Это моё имя. Как думаешь, сможешь называть меня так? Или предпочитаешь что-нибудь более официальное? Тогда – лорд Аль-Сорна.
– Я полагала, это имя Брата.
– Уже нет.
Девушка дёрнулась от неожиданности. «Он ушёл из ордена?» Да нет, ерунда! Наверняка какая-то уловка.
– Как ты напала на мой след?
– Ваше судно заходило в порт Южной башни. Человек, которого все так ненавидят, не может надеяться остаться неузнанным. Среди Возлюбленных сведения распространяются быстро.
– Ага, значит, в своих великих дерзаньях ты не одинока?
Она прикусила язык. «Бесполезная сучка! Почему бы тебе не разболтать ему всё до конца, а?» Девушка встала, чтобы уйти, и бросила на ходу:
– Учти, это ещё не конец.
– Я знаю, где меч.
Чуть не споткнувшись от неожиданности, она оглянулась через плечо. Его лицо было совершенно серьёзным.
– Так скажи мне.
– Скажу, но при одном условии.
Она скрестила руки на груди, губы презрительно искривились.
