И чтобы доказать свою не иллюзорность, вытаскиваю тело из инвентаря вместе с портальной пушкой, отправляя тушку на починку и модернизацию к Рику Биоманту.
— Как видишь, ты победила моё человеческое тело. — Убираю пушку в инвентарь.
— Потому, я тебя прощаю. — Решаюсь пойти по своему собственному пути, не убивая её.
— Не говори чепухи! — Начинает она опять плакать, подскакивая ко мне.
— Меня нельзя простить, хватит забивать мне голову этим пустым трёпом. — До сих пор думает она, что я её обманываю и это всё не правда.
Замахивается и бьёт меня, вот только все свои стилеты она уже выронила.
Удар, удар, ещё удар, но я продолжаю расслаблено стоять, не получая урона.
— Хватит, уже можешь расслабиться. Я тебя простил, потому все твои последующие убийства будут на моей совести. Всё-таки ты теперь моя рабыня. — Обнимаю её одной рукой за талию, прижимая к себе, чтобы не смогла убежать.
Она вздумала мне лицо расцарапать, но даже удары по глазам не приносили никакого результата.
— Как я уже сказал, я сильнее богов Теократии, потому твои потуги бесполезны. Я знаю, что ты это понимаешь, я же посмотрел твои воспоминания. — Скептически смотрю на её попытки мне хоть что-то сделать.
После чего её трепыхания начинают сходить на нет, а удары становятся всё слабее.
— Я знаю, что обманул тебя. Понимаю, что ты испытала неприятное чувство при победе. Хотела умереть о противника, что просмотрел всю твою жизнь, но сама его убила. Но всё кончено, ты победила в битве, а я в войне. — С каждым моим словом её трепыхания действительно становились всё меньше.
— И ты меня простишь? — Не могла она поверить в реальность происходящего.
— Конечно, на моём счету миллионы душ. — Включаю ауру резни, меняя цвет своих глаз и волос на кровавый, пуская 2 трещины проходящих поперек глаз, кровавый свет в которых начинает пульсировать. Притравливая всё это слабым убийственным намерением и запахом крови.
— Т-теперь я поняла…и потекла. — Смотрит она в мои кровавые озера, что располагалось прям в глубине моих глаз.
…
Чертовы кровавые маньячки-психопатки!
Человек сложное существо. Каждый представитель вида отдельная личность со своим прошлым, что не всегда является радужным, имеет свои собственные ориентиры по жизни. И вообще является крайне индивидуальным и сложным…плевал я на это всё!
Вот какого хрена она разрушила всё это за одну фразу?
Сложная и трагичная личность?
А может мне надо было с самого начала пришибить её аурой убийства и не париться⁉
Зачем мне вообще такой анализирующий разум? Если можно не о чём не знать и не подозревать, спокойно живя без осознания сложных вещей!
Потому-что используй я на ней сразу ауру резни, ситуация могла и не измениться, и она оказалась в том же положении…хоть может и в мертвом виде.
— Эх. — Тяжело вздыхаю, отключаю ауру, понимая, что это ещё одна больная на мою голову.
Отпускаю её, но она всё равно остается висеть на моём теле.
Даже без мозга ломания, стирания памяти и других сложных штук, я смог выстроить в её сознании образ божественного и самое главное, самого близкого существа. Для этого, конечно, потребовалось просмотреть её память, но я там ничего не менял и не заменял. Лишь дал ей осознать, что знаю её настоящую. А мои слова она восприняла достаточно серьезно, и теперь я действительно являюсь центром её вселенной.
Кто вообще захочет видеть на себе висящую, в прямом смысле, маньячку-психопатку? За что мне такое счастье⁉
С другой стороны, посмотри кто-нибудь мою память и примирись с моими тараканами, я бы тоже считал этого человека крайне близким. Невозможно после пережитого опыта остаться спокойным, не говоря о том, что я буквально воспроизвел все её воспоминания, напомнив о многих вещах.
— Хватит уже, нам надо идти. — Пытаюсь отодрать от себя эту прилипалу.
— Хозяин, ну что такое, сначала какой-то хомяк, а теперь вообще ЖЕНЩИНА! — Подходит к нам драконесса.
— Согласен, страшно. Но у всего есть свои плюсы. — Наконец удается отцепить Клеми от себя.
— А ты кто? — Уже у красноглазой появился вопрос.
— Практически твоя смерть, если бы ранила моего Хозяина, я бы снесла тебе голову. — Говорит Вермей о моём настоящем теле, и я был склонен ей верить.
Вот только её убийственное намерение было уже куда сильнее моего, ведь было настоящее. От чего мне опять пришлось ловить тело златовласки.
А после моего взгляда Вермей перестает на неё давить.
— Это мой дракончик. Отвечая на твой не высказанный вопрос, да, именно те огромные ящерицы. — Отвечаю, зная, что она и так осведомлена о драконах.
— Как-то для меня слишком много впечатлений для одного дня. Не хватает только демонов и ангелов. — Уже пришиблено отвечает Клеми, лёжа у меня на руках.
— Ну-у-у-у вообще-то. — Скептически протягиваю, но всё ещё не договариваю о том, что она у демона в объятьях и лежит.
— Больше ни слова. — Закрывает она глаза, не вынося реальности.
Но стоило мне её опустить, как она не упала, а ловко смогла встать на ноги.
— Пойдём уже к недо-Каджиту. — Иду в сторону главного склепа.
— Так зачем она нам? — Смотрит дракончик на психопатку, что прижалась ко мне слева, а сама она была справа.
