— Пока я буду искать, некоторые дракх’кханы уже умрут без воды. Мы должны позаботиться о тех, кто нам верит… — начала я, однако Анемос хлопнул крыльями, фыркнув.
— Дракх’кханы должны обратиться к духам воды за помощью. Но клан Рокхана останется здесь…
— От клана Рокхана ничего не останется, если ты не послушаешь нас с Атакамой, — вмешался уже Эрдарион, вставая между мной и вождём. Я мысленно улыбнулась, ибо ши’хсад был на моей стороне, но Анемос, как и ожидалось, упёрся рогами в стену, вновь вступив в жаркий спор с шаманом.
Однако спустя некоторое время он всё же немного отступил. Он просто хлопнул шамана по плечу и тяжело вздохнул. А я глянула на остальных соклановцев и задумалась над тем, кто ещё из них согласен с моим решением. Дракх’кханы, обычно, признают лишь культ силы, и куда вождь скажет идти, туда они и направятся. На Земле такое было принято в древние века, а в современном мире всё решается демократией. Что, если предложить Анемосу одну инициативу? Согласится ли он?
— Дор’манд Анемос, — прижав к себе гребень, обратилась я к нашему вождю, — клан Рокхана есть не только слово вождя, но и те, кто его слушает. Дор’манд без клана не сможет быть вождём, поэтому он должен заботиться о тех, кто ему доверяет. Возможно, стоит самим жителям клана определиться, что делать дальше.
— Что Атакама предлагает? — хмуро спросил Анемос меня, не совсем понимая моего предложения.
— Сейчас имеется выбор: или клан Рокхана остаётся здесь, и мы выживаем, как можем, или мы переселяемся на новое место. Те, кто хочет остаться, пусть отойдут дальше к нашим жилищам. А кто хочет найти другое место для жизни, пусть подойдут сюда. Примем позицию большинства. Все необходимые вещи мы можем взять с собой, включая палатки и оружие, — несколько подумав, пояснила я. В древней Греции такие вопросы и решались голосованием, если, конечно, они касались всех, как наш, и какое-то полузабытое чувство ностальгии посетило мою голову, заставив издать тяжёлый вздох.
Анемос застыл в явном недоумении и нерешительности, равно как и Эрдарион с Синнэрой. Никто из них явно не ожидал, что я начну вот так спорить с вождём. И это вызвало волну споров среди всех дракх’кханов, продолжавшуюся около минуты.
— Атакама не должна пытаться отнять у дор’манда власть над кланом! Здесь слово Анемоса означает волю клана! Если Атакама хочет власть, то она должна бросить вызов на поединок! — с этими словами он ощутимо ударил меня хвостом по бедру, будто провоцируя меня, но его в следующий момент остановила чёрно-золотая дракх’кханка Синнэра, несильно сжав его плечо.
— Тогда Анемос должен убедиться, что воля дор’манда отражает волю всего племени. Никто не смеет оспаривать власть дор’манда, и клан Рокхана нуждается в таком лидере, как Анемос, — сказала она, останавливаясь рядом со мной, — но если Анемос думает поднять когти, чтобы доказать власть, то ему придётся сначала остановить Синнэру!
Золотистый вождь замер в явном изумлении. Даже я была крайне удивлена такой самоотверженности подруги. Вот от кого, а от неё такого поступка я не ожидала.
— Но я не собираюсь забирать власть у тебя, дор’манд. Мы просто должны помочь клану. Он доверяет нам, а мы должны оправдать его доверие. Когда мы прибудем на новое место, сородичи будут тебя слушаться так же, как и раньше, — добавила я твёрдо, смотря Анемосу прямо в глаза.
Он несколько мгновений глядел на меня, ничего не произнося, затем обратил свой взор к Эрдариону, и ши’хсад едва заметно подвигал гребнем ему в ответ.
— Дракх’кханы должны решать, — наконец, объявил он и отошёл в сторону, усевшись возле моей палатки, — дракх’кханы должны поступать, как Атакама велела. Это воля дор’манда.
«Умно. Сохранил авторитет, даже когда признал неправоту», — не могла не подметить я. Он обыграл по итогу это всё так, словно это его воля, так как если он даст слабину, то и сородичи в нём усомнятся. Так что если я когда-нибудь стану вождём, то мне есть чему поучиться у дор’манда.
Тем временем жители долины Лок’Ракх сначала неуверенно, но затем всё активнее разделялись на две группы. Одна осталась возле моей палатки, что-то негромко обсуждая, а вторая — перешла на другую сторону пересохшего русла. Анемос сидел на месте, ничего никому не говоря, а вот ши’хсад, а также Синнэра, выбрали вариант «искать новое место». Каз’Крах остался на месте, воздерживаясь, а вот Хаар выбрал однозначный вариант «остаться», презрительно фыркая в мою сторону. По итогу образовались три группы дракх’кханов, а не две, ибо я забыла учесть тех, кто не проголосовал ни за один из вариантов.
— Почему не приняли решение? Вы либо хотите остаться, либо хотите искать новое место. Третьего не дано, — решила я обратиться к одному из тех, кто решил быть «вне политики», а конкретно — Каз’Краху, моему бывшему учителю.
