Скелет, призванный в глубинах подземелья Школьница в мире, где существуют огромные человекоподобные роботы Древний дракон Прародитель вампирского рода Единственное божество новорождённого мира Что общего между ними? Все они спят — а значит все они в моей власти Ибо я — Кошмар.
— Фух…
Таня вернулась. Взъерошенная, уставшая и чрезвычайно недовольная, она схватила вилку и с жадностью стала вгрызаться в своё мясо. Между делом она рассказала мне о своём неприятном происшествии. Девушка уже мыла руки, когда со спины на неё набросился водяной.
— Бывает. В последнее время они наводнили все канализации в районе.
Таня уныло кивнула. Для неё это было слабым утешением. Лучше подействовало мясо. Стейки и вправду были отличие, и вскоре Таня совершенно забыла свои невзгоды. Замечая её жадность, я приструнил свой аппетит и оставил кусочек, который она меньше минуты спустя попросила за меня доесть.
Ха… Всё лучшее детям и племянницам.
Наконец наша трапеза закончилась.
— Фух… Хорошо, — довольно сказала Таня.
— У тебя тут, на краешке губ, — сказал я, протягивая ей салфетку и показывая, на примере собственного лица, на невозможно красную каплю крови, которая придавала бледному личику Тани совершенно особенное настроение.
— Здесь? — она тыкнула в совершенно другой уголок щёчки. Потом выше. Потом ниже. Своими нелепыми действиями и невинными глазами она вызывала сильнейшее раздражение. Наконец я не выдержал и взял салфетку. Таня застыла. Я вытер красный мазок и заметил триумфальную улыбку у неё на губах… Тч… Хитрая бестия.
Наконец я расплатился, и мы поехали домой.
Оставшийся день прошёл самым заурядным образом. Я работал, а Таня смотрела телевизор. Вечером мы вышли на прогулку и целый час бродили под сенью шумящих на ветру деревьев.
Наконец я отправился в ванную чтобы почистить зубы. Взял щётку, тюбик, попытался выдавить — ничего. Паста закончилась. Я покачал головой, вытянул полку и стар рыскать в поисках ножниц. Всегда можно выдавить ещё немного пасты, если разрезать тюбик пополам.
Так, что у нас тут… Салфетки, полотенца, дезодоранты, пена для бритья — предпочитаю оную гелю, — тампоны, прокладки, щипцы… Женщины страшно захламляют ванну, надо признаться… одноразовые бритвы и ножницы.
Отлично.
Я достал их…
А потом положил назад.
Одноразовые бритвы?
Зачем мне одноразовые бритвы?
Я растерянно достал пачку, в которой лежало несколько прямоугольных лезвий. Тридцать штук судя по тому, что написано на упаковке. Внутри было меньше десяти. Откуда они у меня? Таня купила? Зачем?..
Несколько помявшись, я направился на кухню и достал чёрный мусорный пакет из-под раковины. Запахло гнилью. Завтра нужно вынести мусор. Я открыл пакет и внимательно рассмотрел его содержимое. Почти сразу на глаза мне попался ещё один, маленький и завязанный узелком чёрный мешочек. Я приподнял его — он был острым. Тогда я осторожно развязал его…
…И похолодел.
Внутри лежали бритвы. Больше дюжины. Я подобрал одну из них кончиками пальцев… И тут же моё сердце бешено застучало о грудную клетку.
На краешке затуплённого лезвия чернела кровь.
Я сглотнул и уже собирался внимательнее рассмотреть остальное содержимое пакета, как вдруг услышал шаги в коридоре. Я спешно спрятал бритву, сунул пакет назад и включил кран, делая вид, что мою руки. Через несколько секунду в зале показалась Таня.
— Я попить, — объявила она.
— Сейчас.
Я шагнул в сторону. Девочка стала возле крана, включила фильтрованную воду и стала хлебать прямо так, лакая струйку. Всё это время я пристально её разглядывал.
Наконец она закончила, вздохнула и сказала:
— Так удобнее, чем стаканом.
— …Я бы не сказал, — услышал я собственный голос.
— Точно быстрее, — улыбнулась девочка.
— …
— Что-то не так? — спросила она, удивлённо наклоняя голову.
— Нет… Всё в порядке, — ответил я быстрым голосом, а затем немедленно вернулся в спальню и закрыл за собой дверь.
Затем я медленно присел на кровать, наклонил голову и сложил руки.
…Что всё это значит? Эти бритвы… Для чего Таня их использовала? Незнание, вот что самое страшное. Это не могло быть связанно с переменами реальности, вызванными туманом, ибо в таком случае я был знал ответ на свой вопрос… Но тогда в чём была причина? У меня не было ни одной догадки. Если только проследить за девушкой…
Я остановился.
Бритвы лежали в ванной. Скорее всего Таня использовала их, когда принимала душ в районе десяти часов… Если я заранее отрою жалюзи… Нет, спрячу камеру, я смогу проследить, чем конкретно она занимается…
Мне придётся следить за собственной племянницей… Проклятье. Ну ладно. Выбора нет. Всё равно всё что можно было увидеть, она мне уже показала.
Сегодня Таня уже принимала ванну. Следовательно, чтобы проверить свою теорию, мне следовало подождать до завтра.
Ещё некоторое время потоптавшись на месте, я вздохнул и принялся укладываться спать.
Когда же я наконец уснул — сделать это было непросто — и вернулся в домик на берегу, то на некоторое время замялся. Мне вспомнился мой вчерашний сон. Что из этого было на самом деле, а что — нет? Сам факт, что я задаюсь такими вопросами, меня совершенно не радовал. Если я начну путать реальные события и свои сны, реальность, и так похожая на очень тонкую, хрустальную корочку у меня под ногами, треснет окончательно, и не будет более преграды между мной и беспросветной бездной.
