Или он действительно беспокоился о том, что я ранена? Нежность в его голосе говорила «да», но… я не хотела в это верить. Мне было слишком больно думать, что этот демон действительно беспокоился о том, что со мной случилось.
— Да, — признала я, и моя гордость рухнула при упоминании о ванне. — И еда. Массаж, стейк средней прожарки с картофельным пюре. И кровать.
Белиал наклонил голову в другую сторону, в его глазах отразилось раздумье.
— Хорошо. Почему бы мне не забрать тебя обратно в замок…
— Нет, — прервала я его, охваченная паникой. — Ни за что, черт возьми. Я так долго боролась, чтобы уйти оттуда. Почему, черт возьми, я должна возвращаться?
Я попыталась оттолкнуть его, но он обнял меня и прижал к своей твердой груди.
— Эй. Все в порядке. Это не уловка, чтобы заставить тебя вернуться.
Мои глаза сузились до смертоносных щелочек.
— Но похоже на уловку.
— Что, черт возьми, я должен делать? — Его голос был острым, как нож, а глаза темными. — Призвать кровать и ванну посреди лабиринта? Должен ли я вытащить из воздуха Хольгу и надеяться, что она принесет соли для ванны и лосьон?
— Не знаю, это чертова магия.
— Я не фея-крестная, Рэйвен. У магии есть свои ограничения. К тому же, в моей спальне тебе будет уютнее. Тебе нужно отдохнуть от этого места. Позволь мне забрать тебя обратно в замок. Ты сможешь принять ванну, переодеться и поужинать.
При мысли о теплой ванне и ужине я чуть не разрыдалась, но сумела сдержаться. Предложение было слишком хорошим. Должно же быть какое-то серьезное условие. К тому же у меня не было времени начинать все сначала. Мое время истекало, а я все еще не нашла выход из лабиринта.
— У меня не так много времени, — сказала я с разбитым сердцем. — Если начну все сначала, я никогда не выберусь отсюда. Я не могу рисковать. Мне нужно…
— Ты не будешь начинать сначала, — перебил он меня. — Я верну тебя на это же место утром. Клянусь своей костью.
Его обещание заставило мое сердце затрепетать, и я с трудом сдержала улыбку, которая появилась на моих губах. Теперь все это звучало слишком хорошо, чтобы быть правдой, но я была совершенно измотана. И физически, и морально.
Я знала, что если немного отдохну, то почувствую себя лучше. Мои рефлексы станут быстрее, а ум — острее.
— Утром? — повторила я, смотря на него с неуверенностью. — Почему так долго? У меня есть время только до полуночи завтрашнего дня. А Владыка Костей… Он знает, что ты мне помогаешь. Вернуть меня может быть рискованно.
При упоминании о Владыке его выражение лица изменилось. Вероятно, он почувствовал страх, который пронзил меня при упоминании его имени, и он дотронулся до моей щеки, прохладная кожа его перчатки щекотала мой подбородок.
— Он не узнает, — сказал он. — А если узнает, я позабочусь об этом.
Его голос звучал уверенно, но его слова не очень-то успокоили меня.
Я с трудом могла ему доверять. Хуже всего было то, что я не могла понять, было ли это предчувствие, терзавшее меня, просто проявлением моих старых проблем с доверием или же с Белиалом действительно было что-то не так.
Я хотела ему верить.
Я решила ему верить. Потому что какой у меня был выбор? Бродить голой, голодной, замерзшей и в крови? Быть более одинокой, чем когда-либо, с мыслями о том, что могло бы быть с Белиалом, которые доводили меня до безумия?
Да, я не могла этого допустить.
— Какова цена? Ты же не собираешься делать все это бесплатно.
Его руки крепче обхватили меня, прижимая к себе. От этого прикосновения мои соски затвердели, а киска запульсировала от желания.
— Я хочу позаботиться о тебе. Так, как считаю нужным, — ответил он.
— У этих слов много интерпретаций, — резко вздохнула я.
— Я не собираюсь перечислять тебе все, что планирую с тобой сделать. У нас нет на это времени.
— Ты собираешься причинить мне боль?
— Только такую, которая тебе понравится.
Я не знала, что и думать. Я могла получить все, чего была лишена в течение двух дней, а он мог воспользоваться мной и насиловать всю ночь. От этой мысли по моему телу пробежала волна жара.
Была ли эта идея ужасной? Наверное. Но мое желание быть чистой, лежать в его постели, прижавшись к его телу, было непреодолимым и перевешивало всю оставшуюся у меня логику. Мое тело умоляло, просило меня согласиться.
Если бы не знала его лучше, я бы подумала, что он тоже молча умоляет меня, потому что его взгляд был настолько мягким, что мог убедить меня.
— Итак… я получу ванну, еду и одежду, — медленно начала я. — А ты будешь всю ночь делать со мной все, что захочешь?
— Такова моя цена, — кивнул он.
— И ты отправишь меня обратно сюда завтра утром? Рано?
— Завтра рано утром. Прямо на это место.
— С чего мне тебе верить? — моя челюсть стиснулась от этого вопроса. — Откуда мне знать, что ты не задержишь меня там до конца срока?
Он пожал плечами.
— Ниоткуда.
Его честность заставила мой желудок скрутиться в узел. Он уже однажды отпустил меня. Могу ли я верить, что он сделает это во второй раз?
Его рука скользнула по моей руке, а глаза сосредоточились на его пальцах, будто он был заворожен одной только мыслью о том, чтобы прикоснуться ко мне.
