– Да? Это для чего?
Инга скрестила руки на груди, явно не желая продолжать общение. И пусть Остор не решил, как ему предлагать нелегальный перелёт на Остров, а потом ещё и озвучивать сумятицу про уход с Грани, он понимал – это требует более близкого сотрудничества, нежели наблюдение за подъездом из окна квартиры в доме напротив. Следовало смягчить фурию.
– Если вы готовы уделить мне несколько минут наедине, то я готов всё объяснить.
Девушка нахмурилась, но всё же не отказала:
– Хорошо.
– У вас ведь принято разуваться? – оглядывая прихожую, елейно вопросил Остор.
– Да.
Ходить босиком по дому для него было непривычно, но он снял обувь. Инга с недовольством смотрела, как он разувается, а потом жестом предложила следовать за ней. К своему удивлению Владыка осознал, что квартира являлась однокомнатной. Для разговора на тет-а-тет следовало куда-либо выгонять Антона.
Куда его отправить?
Остор осмотрелся по сторонам, но, увидев картину на стене, мгновенно забыл о проблеме. Он застыл как вкопаный и грозно воскликнул:
– А это что?! Как?! Зачем?!
Злость кипела в нём, но растерянный вид супружеской пары урезонил гнев. Вместе с успокоением пришло и некое понимание.
– Это та самая картина, что Арьнен подарил вам?
– Да, – подтвердила Инга и взволнованно спросила: – А что с ней не так?
– Того, кто изображён на ней, нельзя рисовать. Даже со спины! – сурово произнёс он. – У Судьбы и Времени не должно быть лика. Тот, кто мнит себя их Хозяином, навсегда лишён любого обличия своего «Я».
– Так картину нужно снять и вернуть вам? – чрезмерно радостно отозвался Антон.
Наверное, будь у того в руках бумага и моток шпагата, то он бы тут же принялся за упаковку «шедевра». И Остор, пожалуй, помог бы ему в этом… чтоб как можно скорее сжечь эксклюзивный холст в каком укромном уголочке. Вот только вызывать недовольство Арьнена было ему не с руки.
– Я не отбираю чужие подарки, – холодно ответил он и тут же запнулся на полуслове. – И это здесь?!
Стоило отвести глаза от картины, как взор уткнулся на расстеленный под вазой кусочек ткани.
Судьба и Время! Это же был его платок!
Нет. Определённо. Инга с каждой минутой нравилась ему всё меньше и меньше… Как она умудрилась выкрасть такое-то?
Пальцы зачесались выхватить собственность и положить во внутренний карман пиджака, но воришка выглядела чрезмерно растерянной и изумлённой. Что-то в его домыслах было не так. Поэтому Остор задумался и пришёл к выводу, что винить следует брата. Наверное, тот решил отомстить таким свинским способом за что-либо.
– Этот платок вам Риэвир дал?
От вопроса девушка стала выглядеть ещё более потерянно. Она наморщила лоб и всем своим видом выражала крайнее беспокойство.
– Зай. Откуда это у тебя? – очень мягко, но требовательно обратился Антон к жене.
– Я думала, что, это салфетка. Что, пока меня не было, её ты или кто из родителей принёс. Давно стоило что-то под вазу постелить, а мне всё не собраться было выбрать что.
– Вы не возражаете, если эту вещь я у вас всё-таки заберу? – тут же спросил Остор.
– Забирайте, – ответил супруг и сам подал платок его владельцу. После чего направился на кухню со словами, что надо приготовить чай. Дверь Антон за собой тактично прикрыл, хотя определённо подслушивал.
– Так зачем вы здесь? – сразу же нахмурив брови, решила выяснить Инга.
– На Острове произошло крайне неприятное событие, – издалека начал Остор.
После этих слов он намеревался сообщить что-либо о Лисичке, но выражение лица собеседницы давало понять, что той далеко всё равно до любых проблем мироздания. И потому ему пришлось сводить тему к чему-то более личному.
– У Риэвира серьёзная травма головы.
– Боже мой, – прошептала девушка, прижимая ладонь ко рту, и перешла на английский. Кажется, теперь ей тоже захотелось избавиться от лишнего слушателя. – Что с ним произошло?
«Спроси её снова про свой платок», – прозвучал в голове совет Арьнена.
– Сначала ответьте мне, отчего вы не сказали правду про платок? Мне не стоило упоминать имя брата в присутствии вашего мужа?
– Антон достаточно ревнив, чтобы я ответила да, но молчать меня заставило другое. Недавно я получила от Риэвира странное письмо. Он написал, что без какого-то платка на Острове разразится целая война. А тут приезжаете вы, да ещё и указываете на… Я честно думала, что это обычная салфетка! И кто её принёс – не знаю.
– Я вам верю.
– Это из-за неё Риэвир пострадал?
– Нет. Он посчитал себя равным Хозяину Острова.
Остор несмотря на то, что ни одна мышца его лица не дрогнула, ощутил неприятное внутреннее напряжение. Судьба и Время! Ради этой нелепой девицы брат бросил вызов Творцу, а сам он… Отчего он, Остор, опустил руки и не вступился за прекрасную Мэйтэ? Может, Шейтенор был прав, назвав себя трусом? И потому так и искал его общества – такого же трухача.
– Простите. Равным кому? – непонимающе переспросила Инга и, решив, что виной всему неточность собственного перевода, уточнила. – Совет Владык наказал его?
