До самого утра так и не заснул, лежал, отвернув голову от Айсы, и подушка с моей стороны лишь намокала. Это была своего рода ночь прощания и принятия себя таким, каким стал, каким стану, и оставался один единственный вопрос - до каких пор? Пока не перестану видеть и слышать, или без разницы и все равно происходит обесценивание? Выходит, смогу забыть былую боль, жить лишь ближайшим прошлым и настоящим, зная, что рано или поздно, для меня и это все перестанет существовать? И выходит, что необходимо каждое мгновение стараться сделать запоминающимся, иначе что останется? Прах и серость, густая пелена падающего из пустоты в пустоту пепла, не более. Вопросы роились подобно муравьям и как всегда, рядом не было абсолютно никого, кто мог бы подсказать, предостеречь, или открыть очередную горькую истину. Хотя куда уж горше, ведь даже слезы вниз бежали не по утраченным когда-то дням, нет, они лишь отдавали дань той человечности, что хоронила прошлые бесценные мгновенья. Они и есть, и вроде бы их нет, так незначительна их суть, не стоящая и внимания, хотя умом прекрасно понимаешь, сколь дороги они должны бы быть. Черт, а эта хрень поэтическая откуда?
Мысли тут же переключились и осадок, накапливавшийся за всю эту ночь, стал таять, словно прошлогодний снег. За окнами уже светало, совсем скоро по коридору пройдет легкая дрожь, отзывающаяся в каждую дверь еле слышным звоном и мерно затихая. Что бы спустя минут десять повториться вновь, и так пять раз подряд, своего рода побудка для тех, кому надо встать пораньше. Остальные же могут еще пару часиков поспать, затем подъем и на учебу, ну, или на восстановительные работы, график в Академии теперь менялся хаотически и каждый день мог получать все новые и новые изменения.
- Нам после пятого вставать, - вдруг сонно пробормотала Айса, - тебе на инструктаж, а мне в совет.
О, как, а я и не знал.
- Выспалась? - губы сами приникли к ее щеке.
- Угу, - промычала девушка, пробормотав затем, - интересно, эльфийка уже убралась восвояси?
- Тебя это тревожит?
- Нет, а должно? - и ведь явно ждет, что отвечу.
Залезть на нее сверху заняло буквально мгновение, и через секунду девушка уже отчаянно смеясь, отбивалась от моих несерьезных попыток подмять ее под себя еще больше. Сон как рукой сняло, и вот, уже во всю обнимаемся, целуясь и наслаждаясь удивительными минутами утреннего спокойствия, жаль только, вставать скоро. Из комнаты выходили в прекрасном расположении духа, я и думать забыл о ночном бдении и выводах, заставивших нервную систему конкретно перегреться, в конце концов, чему быть, тому не миновать, тем более, что никаких угрызений совести не испытывал и лишь логика напоминала об ущербности такого существования. И, тем не менее, осознание и принятие проблемы сняло с души часть груза, и больше камнем на грудь он уже не давил.
Встречающиеся редкие ученики и сотрудники Академии учтиво кивали, проходя мимо, а я краем глаза следил за своей спутницей. А у той ни капли стыда на лице и никакого сомнения, истинная Айса Руан, выходит, меня вчера просто облапошили, никакого стыда там и в помине не было. Да если и был, то моя красавица заранее все наперед просчитала и отреагировала самым правильным образом, в общем, оба получили, что хотели. На очередной развилке девушка чмокнула меня в губы и упорхнула по своим делам, предоставив плестись к старику в полнейшем одиночестве. А тот уже ждал, озабоченно прохаживаясь взад вперед. В кабинете стоял довольно необычный аромат, то ли приправ каких, то ли еще чего, но ректор периодически чихал, смешно теребя нос, и хмурился, шаря взглядом по полкам у стены.
- Утро доброе, потеряли что? - переступил через порог, двери были нараспашку, но ректора это, похоже, совсем не волновало.
- Влад? Да, доброе, доброе, можно и так сказать, можно и так, - он опять впал в прострацию, уставившись на корешки книг и кучи свитков, занимающих почти всю дальнюю стенку.
- Чем так пахнет?
Тот, не отрываясь, буркнул:
