Я медленно села на корточки и коснулась его. Мягкая, пушистая шерстка. Ушки смешно топорщатся в разные стороны.
— Как же тебя зовут, малыш? — поинтересовалась я, аккуратно гладя его по голове. Щенок взглянул на меня. Его взгляд выражал озадаченность и любопытство.
— У меня нет пока имени, — вздохнув, произнес детский голос, — меня не успели еще назвать.
— Жаль, — ответила я. — Можно тогда я буду тебя называть Серебряный?
Щенок тряхнул головой, затем пару раз открыл и закрыл пасть, посмотрел на меня.
— Можно, — согласился он, — мне нравится.
— Что ж, Серебряный, давай попробуем выбраться отсюда. — Я потрепала его за ушком, разглядывая пространство с нитями, возможно, тут есть выход или что-то похожее.
— Моя леди, — раздался голос Люциана рядом со мной, — наконец-то я вас нашел.
Я вздрогнула от неожиданности. На расстоянии вытянутой руки появился лорд Люциан, у которого я жила в течение года, когда появилась в этом мире. В его взгляде сквозило облегчение.
— Лорд Люциан. — Я поклонилась, как меня учили, и как полагается по этикету.
Он подошел ко мне и обнял. Я чувствовала волнение, беспокойство и тревогу. Они, словно волны, накатывали на меня.
— Жаль, я не успел предотвратить несчастье, — произнес лорд Люциан. — Виновные будут наказаны.
— Со мной все хорошо, — улыбнулась я ему, — я же жива, не надо никого наказывать. Вы мне поможете найти маму Серебряного?
Лорд Люциан оглядел меня, затем перевел свой взгляд на щенка, сидящего рядом со мной. На лице лорда вначале отразилась озадаченность, а потом он тихо рассмеялся. Приятным и мягким смехом. Я в первый раз слышала его.
— Значит, вот, как все решилось, — улыбнулся он мне. — Помогу моя леди. А теперь идемте, вам пора возвращаться назад. Вы и так пробыли здесь гораздо дольше, чем следует.
— А где это мы? — Я не стала упускать шанс узнать интересное, еще раз оглядываясь вокруг.
— Долина духа, — ответил Люциан, — место сосредоточения всей магии мира. Тут рождаются все живые существа и сюда же возвращаются после смерти.
— А искорки рядом с цветными ниточками что собой представляют? Зачем они нужны? — Мне хотелось узнать больше. Долина Духа, никогда не думала, что смогу сюда попасть. В академии говорили, что только у магов жизни и смерти есть привилегия прохода в это сакральное место.
— Ты их видишь? — удивленно посмотрел на меня лорд Люциан. — И какие они?
— Да, вижу, — ответила я, а затем шагнула к одной из искорок и протянула к ней руку. Эта искра привлекла мое внимание. Она буквально на краткую секунду ярко вспыхивала, а затем потухала до состояния уголька. Мне стало жаль ее. Казалось, что она отчаянно сражается за свою жизнь, но ей мешают. Кто и почему, я не знала. Только желание помочь и обогреть никуда не девалось от этого.
Я коснулась искорки. Свет трепетал, словно загнанный светлячок. Когда искра оказалась у меня на ладони, меня овеяло порывом ветра, колючим морозом и жаждой жизни. Искорка не хотела погибать. Я чувствовала её печаль, тревогу и тоску о невыполненном обещании.
— Кто же тебя обидел, маленькая, — поинтересовалась я, и в ту же секунду увидела перед собой компанию взрослых людей. Девушки, парни. Они держали в руках плети, розги, а у пары людей я заметила в руках камни.
Мне такая ситуация совершенно не понравилась. Так нечестно, их гораздо больше.
В глубине души зрело желание помочь искре, дать возможность постоять за себя. Но как это сделать? Я обернулась в сторону лорда Люциана, надеясь на его подсказку.
— Слушай свое сердце и душу, моя леди, — ответил он, продолжая внимательно наблюдать.
Ну-ка, как там в наших сказках помогали волшебные звери герою? Щука дарила кольцо, Баба Яга кормила, поила и в конце давала совет. Память услужливо показывала все сказки, которые я прочитала в свое время. А если попробовать совместить все? Должно получиться.
— Искорка, искорка, ты сильна и могуча, — начала я шептать над ней. — В правде твоя сила, в воле твоя сила. Оковы, что держат, сгорят. Истязателям воздастся по заслугам. Да будет так, словом закрепляю, да будут истиной мои слова.
Я легко дунула в сторону искорки, которая почти потухла у меня в руке. От воздуха она затрепетала, откатилась в черное пространство, пронизанное цветными нитями. Рваное мерцание. Я же стояла, затаив дыхание, желая искорке, чтобы мое напутствие помогло ей.
Я сжала руки в кулаки, наблюдая за ней, молясь всем и каждому о том, чтобы мой способ сработал. Искорка мерцала то быстро, то медленно. И в какой-то момент погасла.
— Нет, нет, — я бросилась к ней, схватила, сжала в ладошках, словно держу в руках бабочку или божью коровку. Искорка лежала у меня на ладоне потухшим угольком. Мне ее стало так жаль, ведь я действительно хотела помочь. Это несправедливо — бить одного всей компанией.
— Ты не можешь умереть, — тихо шептала я в свои ладошки. — А как же твое обещание? Неужели все зря? Живи, тебе же предстоит столько всего сделать. У тебя прекрасные мечты, замечательные стремления. Живи, пожалуйста, прошу тебя. Не умирай.
