Только вот беда -- и удоев таких в целом по стране не было (а лишь около 1500 кг на корову согласно официальным, сильно приукрашенным данным), и цифра выхода масла была подсчитана неверно. Приняв жирность молока за 3% (такую величину хоть и указывали в советских статистических справочниках, но она была завышена, и ее можно использовать только в теоретических расчетах), причем учтя стадо всего крупного рогатого скота в стране, а не только коров, дающих молоко, можно было бы ожидать от лысенковского обещания лишь 3,4 тысячи тонн, а не 30 тысяч, как обещал партии и народу Н.С.Хрущев.
Таким образом, аналогично тому, как было раньше со всеми "благодеяниями" Лысенко, ложь сопровождала и эту великую аферу. А ложь могла, в конечном счете, привести только к конфузу.
"Научные труды" Лысенко
Для людей, несведущих в биологии, большинство предложений Лысенко могло казаться вполне логичными, а будучи высказанными человеком, имевшим титул трехкратного академика, они приобретали видимость серьезной научной проработки, солидности последнего слова науки. Мало кому приходило в голову задуматься над тем, почему Лысенко публикует свои новые предложения на страницах центральных газет, а не в авторитетных научных журналах.
Всякому специалисту известно, что перед публикацией любой статьи в научном журнале она должна пройти через сито рецензирования. Если рецензенты требуют (конечно, ссылаясь на весомые доводы) серьезной переделки статьи, из редакции её направляют автору, а по завершении переделки снова посылают на рецензирование, теперь уже повторно. Если же рецензии отрицательные, статью возвращают автору. А так как фамилии рецензентов никогда автору не сообщают, то и "нажать" на них административно или по партийной линии трудно.
Вот почему Лысенко после провала его и Долгушина доклада на съезде генетиков в Ленинграде в 1929 году больше никогда не обращался в серьезные научные журналы со своими статьями, а предпочитал им газеты (заодно давя фактором публикации на возможных оппонентов), популярные издания или публиковал всё, что хотел, в своем журнальчике "Яровизация" (после войны переименованном в "Агробиологию"), где он был главным редактором. Так формировал он багаж своих "научных" работ.
Позже, став неограниченным владыкой биологической науки, Лысенко принялся выпускать толстые фолианты в дорогих переплетах с золотым тиснением, чтобы перепечатывать в них раз за разом -- вторым, третьим... шестым изданиями одни и те же статьи.
Что же за материалы он публиковал в них год за годом?
Вот, например, два его фолианта на семистах с лишним страницах большого формата каждый: "Агробиология" и "Стадийное развитие растений", напечатанные в одном и том же 1952 году Государственным издательством сельскохозяйственной литературы (135).
В "Стадийном развитии растений" помещены 59 его работ, а в "Агробиологии" -- 41 работа, выпущенные за все время его деятельности, начиная с первой публикации в "Трудах" Ганджийской опытно-селекционной станции, увидевшей свет в 1928 году. Ни одна из статей, включенных в "Стадийное развитие растений" никогда не была опубликована в изданиях Академии наук СССР или республиканских Академий! То же характерно и для второго "фолианта". Почти все статьи в нем первоначально появились в малозначительных "Трудах", в газетах и популярных журналах!
Девять приведенных в "Стадийном развитии растений" работ -- сокращенные изложения докладов, тезисы, предисловия к чужим работам. Пять -- производственные инструкции (советы колхозникам, как и когда яровизировать пшеницу, картофель, свеклу, хлопчатник; как обрывать (или чеканить) верхушки стебля хлопчатника, как обрезать клубни картофеля, чтобы часть их пустить в пищу, а часть -- верхушки или глазки -- сохранить и позже высадить в землю). Семь -- популярные статьи и статьи-призывы ("За тонну хлопка доморозного сбора", "Властью человека отвоюем у природы ключ изменчивости растительных форм" и т. п.). Почти половину остальных публикаций этого тома составляли газетные статьи -- из "Правды" и "Известий", из "Социалистического земледелия", из провинциальной (одесской) газеты "Большевистское знамя" и московской областной "Рабочей газеты".
Другая поразительная вещь -- в сборнике 1952 года нет ни одной работы, написанной после 1939 года. Да и статей 1937-1939 годов только пять! Все остальные были опубликованы до 1936 года. Остается сделать один вывод: публикуя в 1952 году обобщающий том своих трудов, Президент ВАСХНИЛ и академик трех академий демонстрировал, что он никогда не был способен трудиться как подобает ученому, то есть работать в науке, а не около нее, и с 1936 года фактически перестал работать даже на прежнем уровне.
Но, конечно, в "Оглавлении" к фолианту нет никаких ссылок на то, откуда были перепечатаны материалы, а в предисловии "От издательства" весь конгломерат был подан под солидным наукообразным соусом: