Приводимые ниже примеры таких высказываний подкрепляют точку зрения о советском патриотизме Вавилова. В своих докладах, начиная с 1929 года, Вавилов не перестает настаивать на том, что именно коллективизация в сельском хозяйстве, введение планового начала в экономике страны (причем именно централизованное планирование сверху вниз взамен индивидуального планирования своего хозяйства владельцами предприятий и земельных участков), вообще социалистические начала уклада всей жизни -- вот, что полезно стране и её населению. В конце апреля 1929 года беспартийные Вавилов и Тулайков (последний стал коммунистом в 1930 году, Вавилов так и не стал членом партии) выступили на XVI Всесоюзной конференции ВКП(б), принявшей Первый Пятилетний План. Оба оратора приветствовали социальные перемены в стране. Факт предоставления слова беспартийным на высшем партийном форуме был многозначащим. Конечно, выступление беспартийных ученых, обладающих огромной популярностью в стране (Тулайков стал академиком АН СССР в 1932 году, но был широко известен своими трудами в области почвоведения и земледелия за десять лет до этого), немедленно использовали средства массовой информации. Газета "Правда" посвятила их выступлению большой материал, подав его под такой шапкой, напечатанной крупным шрифтом:
XVI Всесоюзная Конференция ВКП(б)
Выступления академика Вавилова и профессора Тулайкова
"МЫ ПРИШЛИ ЗАЯВИТЬ О ПОЛНОЙ ГОТОВНОСТИ НАУЧНЫХ РАБОТНИКОВ
ВСЕМЕРНО СОДЕЙСТВОВАТЬ РЕКОНСТРУКЦИИ СЕЛЬСКОГО ХОЗЯЙСТВА
НА НОВЫХ НАЧАЛАХ" (52).
В газете было приведено подробное изложение обоих выступлений, в которых ученые якобы от лица всех коллег одобряли создание кооперативных хозяйств и выдвигали в связи с этим новые задачи перед биологической и сельскохозяйственной науками. Вавилов, в частности, говорил:
"У нас есть агрономическая наука, но те огромные задачи, которые выдвигают партия и жизнь, требуют исключительного внимания к организации и реорганизации самой агрономической науки... В ответственный исторический момент поворота сельского хозяйства на социалистические начала, переключения его на новые рельсы мы пришли к вам... заявить полную готовность нас, научных работников, всемерно содействовать реконструкции сельского хозяйства на новых началах" (53).
Его дополнял Тулайков:
"Социальный строй (в нашей стране) открывает полную свободу научного творчества и восприятия необходимых научных истин огромной массой индивидуального крестьянского, кооперированного и крупного коллективного и советского хозяйства" (54).
В мае 1929 года Вавилов выступил на V Всесоюзном съезде Советов со словами:
"Без науки нельзя построить социализма... Тот энтузиазм, который ныне охватил все строительство Советского Союза, захватил широко научные круги... Призыв, с которым съезд Советов обращается к научным работникам, услышан, и нет никаких сомнений в том, что советский ученый сделает все, что от него зависит, чтобы содействовать укреплению социализма в нашей стране" (55).
В другой речи, произнесенной в том же 1929 году, Вавилов настаивал на важной роли для СССР новых культур и прежде всего кукурузы в поднятии сельского хозяйства, утверждая, что коллективизация сельских хозяйств и создание мощных кооперативных объединений помогут внедрению кукурузы. В том же году в статье о селекции и семеноводстве он заявляет:
"Расцвет селекционной деятельности опытных учреждений в нашей стране определенно относится к последнему десятилетию. Широкая селекционная работа в сущности начинается вместе с революцией. Роль государства в организации семеноводства, в организации селекционной работы оказалась исключительно благотворной в СССР" (56).
При открытии Второго международного конгресса почвоведов в Ленинграде 20 июля 1930 года Вавилов от имени Правительства СССР и президиума ВАСХНИЛ произнес речь, символично назвав её "Социализм и наука неразрывны", в которой сказал:
"Мы приступили к переустройству всей нашей жизни на новых социалистических началах. Мы убедились, что для того, чтобы развернуть земледелие в нашей стране, нужно коренным образом перестроить всю систему сельского хозяйства. От разрозненных миллионов единоличных хозяйств мы переходим к коллективизации, к созданию крупного хозяйства, крупных совхозов и колхозов. Даже за короткий промежуток времени мы уже успели убедиться в тех огромных возможностях, которые открываются перед нами в связи с социалистическим переустройством нашей жизни... Россию боялись. Россию не понимали. "Святой Руси" больше не существует. Место религии заняла наука. Правительство не щадит средств на развитие научных учреждений. За практическими задачами сегодняшнего дня мы не забываем социалистических вопросов, без которых немыслим прогресс науки" (57).
Возвратившись из поездки по Северной Америке и Европе Вавилов прочел 14 марта 1931 года лекцию в Большом конференц-зале Академии Наук СССР, о которой были извещены все научные учреждения (было отпечатано 800 афиш, разосланных по институтам и организациям). В афише был приведен план доклада, содержавший, в частности, такой абзац:
