– Вот, это называется предусмотрительность. Этому схрону – больше пятнадцати лет, я организовал его, когда всё только начиналось. Но тогда пользоваться не стал, не хотел светить. Подумал, что останется на крайний случай. Вот случай, наверное, и настал… Хотя долго просидеть тут не получится, привлечём внимание, – Константин развалился на диване и с одобрением наблюдал за ребятами, набросившимися на приготовленные им бутерброды.
– Дядя, так что случилось, и где Юлька? – Марк задал занимавший все его мысли вопрос, интенсивно пережёвывая колбасу с хлебом.
– Случилось… – дядя вздохнул. – Накладка случилась, насколько я понял. Наш вроде как друг нам и помешал. Марк, ты знаешь Романа?
– Какого Романа? – не понял Марк.
– Тебе лучше знать, какого. Он утверждает, что знает тебя и знал Августа.
– Так это, наверное, отец Роман, – догадался Марк. – А что с ним?
– С ним, пока, слава Богу, вроде как всё в порядке. Но он говорит, что именно из-за него у нас возникли неприятности. И что Юля с ним.
– Ничего не понимаю, – Марк чуть не подавился. – Он что, её в заложницы взял?
– Новостей насмотрелся? – съехидничал дядя. – Нет, он говорит, что на самом деле хоть и помешал нам, но, в то же время, и помог. И Юлю спас. Предлагает встретиться и всё обсудить.
Дядя встал с дивана и, насколько позволяло небольшое пространство, прошёлся по гаражу.
– Что меня смущает, помимо нашего залёта, так это то, что в деле возникли какие-то лишние и неожиданные люди. С этим отцом, чтоб ему, так вот, с ним ещё и какая-то девчонка, которая тоже утверждает, что знает тебя и хочет нам помочь. Но имени не называет…
Марк, у которого в душе всё перевернулось от упоминания о неожиданной девчонке, перестал жевать и удивлённо уставился на Костю.
– Какая такая девчонка? – с трудом промолвил он набитым ртом.
– Тебе лучше знать, племянник. Ты мне лучше объясни, как они о нас узнали, эти твои знакомые?
– Я… я не знаю… я ничего никому не рассказывал… – Марк смутился.
– Ладно, встретимся с ними – выясним. Лишь бы это ловушкой не было. Впрочем, Юля подтвердила, что этим доброжелателям можно верить, хотя голос у неё был и слабый.
– А почему у нас защита пропала, она не сказала? – вклинился неугомонный Оранж.
– Не сказала. Зато этот Роман пообещал всё объяснить. Кстати, Марк, почему ты его отцом называешь, он что, священник, что ли?
– Да, – коротко кивнул Марк.
– Вот только попов нам и не хватало, для комплекта, – дядя устало покачал головой. – А откуда он Августа знает?
– Э… – Марк опять смутился. Как-то за всеми этими событиями смерть отца отошла для него на второй план. – Он обещал рассказать…
– Слишком много секретов. Ладно, разберёмся. Вы лучше скажите, бойцы невидимого фронта, вы понимаете, в какую жопу мы все попали?
Бойцы вздохнули и дружно пожали плечами.
– Не понимаете, кажется. Ладно, объясню. В результате нашей сегодняшней засветки люди из конторы сумели как-то уж очень быстро вычислить, что мы в деле, и приехали к нам на квартиру в гости. Хорошо, что нас там в тот момент не оказалось. В то же время, обложат нас сейчас по-серьёзному, так что придётся прятаться, и неизвестно, сколько. Можно, конечно, сдаться…
На это предложение бойцы ответили негодующим гвалтом.
– Ладно, я пошутил. Но учтите: слушаться меня во всём, никаких контактов с внешним миром, никакой самодеятельности. Мы теперь, как на минном поле, любой неосторожный шаг – взрыв и кровавые ошмётки по сторонам. Завтра встретимся с этими кадрами, там решим, что делать…
– Костя, а у тебя здесь есть чего выпить? – спросил Оранж.
– Что, жажда мучает? Не стойкий ты, Оранж. Ладно, так и быть, там в углу посмотри, кажется, был ящик коньяка. Выдержанный коньяк, давно стоит. Пей, расслабляйся, день вышел непростым. Потом уже не дам.
Через два часа расслабления Оранж уже еле сидел, сумев в одиночку приговорить почти целую бутылку. Марк смотрел телевизор, отказавшись составить Оранжу компанию, Кирилл, немного поучаствовав в процессе, заснул, дядя читал книгу, изредка бросая неодобрительные взгляды на пьющего в одиночку юношу. Наконец, увидев, что Оранж чуть не падает со стула, дядя подошёл к нему, забрал почти опустошённую бутылку и сказал:
– Иди-ка, герой, проветрись. А то ты совсем никакой. Только далеко не уходи, и никому на глаза не лезь.
– Да… что я… – с трудом ворочая языком, пробормотал Оранж, – маленький…ик… не понимаю… ик…
– Иди, иди, богатырь, – Костя нахлобучил на Оранжа шапку и куртку, аккуратно открыл дверь, вышел на улицу, убедился, что поблизости не маячит никто посторонний, и только после этого выпустил Оранжа.
– Марк, поглядывай за своим другом, чтобы не встрял никуда, – наставительно произнёс дядя, закрыв за Оранжем дверь.
– Хорошо, дядя. Слушай, раз нам здесь долго сидеть, так может ноутбук сюда притащить да модем?
– Завтра видно будет, – неопределённо махнул рукой дядя. – Смотри за этим алкоголиком.
