Месяца через полтора Арт лежал на кровати у себя в отеле и смотрел по телику футбольный матч, чувствуя себя препаршиво, потому что Тим Тейлор только что получил согласие на его перевод. Может, пошлют в Айову проверять, выполняют ли аптеки предписания отпускать только по рецептам лекарства от кашля, или еще куда подальше.
Конец карьере.
Раздался стук в дверь.
Открыв, Арт увидел человека в черном костюме, белой рубашке с узкой лентой черного галстука. Гладко зачесанные назад волосы, щеточка усов, глаза черные, будто глухая полночь.
Лет, может, сорока, со степенными манерами джентльмена Старого Света.
– Сеньор Келлер, простите за вторжение, – начал он. – Меня зовут Мигель Анхель Баррера. Полиция штата Синалоа. Вы не уделите мне несколько минут?
Попробуй откажись! – подумал Арт и пригласил гостя войти. К счастью, у Арта осталось немного скотча после одиноких ночных выпивок, и он смог хотя бы предложить выпить. Баррера согласился и в ответ угостил Арта тонкой черной кубинской сигарой.
– Я бросил, – отказался Арт.
– Не возражаете, если я закурю?
– Хоть подышу дымком.
Арт огляделся в поисках пепельницы, нашел, и двое мужчин устроились за небольшим столом у окна. Баррера несколько секунд смотрел на Арта, словно прикидывая что-то, потом начал:
– Мой племянник просил меня зайти познакомиться с вами.
– Ваш племянник?
– Адан Баррера.
– А-а, верно.
Мой дядя – коп, вспомнилось Арту. Значит, вот он –
– Адан подначил меня, – сказал Арт, – выйти на ринг против одного из лучших боксеров, с какими я дрался.
– Адан воображает, будто он менеджер, – отозвался Тио. – А Рауль мнит себя тренером.
– Но у них неплохо получается. С Цезарем они высоко взлетят.
– Цезарь принадлежит мне. Я дядюшка снисходительный и позволяю своим племянникам позабавиться. Но скоро мне придется нанять для Цезаря настоящих менеджера и тренера. Он заслуживает лучшего. Он станет чемпионом.
– Да? Адан расстроится.
– Учиться справляться с разочарованиями тоже входит в науку, как стать мужчиной, – возразил Баррера.
Да, это уж точно.
– Адан рассказывал мне, у вас затруднения на работе?
И что мне отвечать? – растерялся Арт. Тейлор, несомненно, отпустил бы какую-нибудь банальность типа «Нечего стирать грязное белье на людях» и был бы прав. Между прочим, он взбесится только оттого, что Баррера заходил ко мне поговорить. Через голову офицера, старшего по званию.
– Мы с боссом не всегда сходимся во мнении.
Баррера кивнул:
– Сеньор Тейлор не всегда бывает прав. Он зациклился на Педро Авилесе. Проблема с вашим наркоуправлением одна: вы, извините меня, такие насквозь американцы. Ваши коллеги не понимают нашей культуры. Не хотят понимать, как тут делаются дела, как они должны делаться.
А ведь он отчасти прав, подумал Арт. Мы действуем топором там, где нужен скальпель. Чертова позиция американцев: «Мы лучше всех знаем, как поступить», «Отдайте нам руль или вообще убирайтесь с дороги». Хотя… Ведь сработало во Вьетнаме.
Арт ответил по-испански:
– Ту тонкость, которой нам недостает, мы восполняем недостатком тонкости.
– Вы мексиканец, сеньор Келлер?
– Наполовину, – ответил Арт, – по матери. Она, вообще-то, родом из Синалоа. Из Масатлана.
Да, мелькнуло у Арта, вот он я: достоинством своим поступлюсь, но не упущу возможности козырнуть.
– Но выросли вы в баррио. В Сан-Диего?
Прямо не разговор, подумал Арт, а собеседование перед приемом на работу.
– Вы бывали в Сан-Диего? – поинтересовался он. – Я жил на Тридцатой улице.
– И не примыкали ни к одной шайке?
– Нет, я занимался боксом.
Баррера кивнул и перешел на испанский:
– Вы желаете расправиться с
– Вы занимались боксом, – продолжил Баррера, – и прекрасно знаете, что в нокаут с ходу не послать, это невозможно. Сначала нужно изучить соперника, вымотать его ударами, отрезать от канатов ринга. У вас ничего не получится, пока не подоспеет нужный момент.
Ну, не так уж много нокаутов у меня получалось, подумал Арт, но теория верна. Мы, янки, желаем ринуться напролом и послать в нокаут тут же, а этот человек объясняет мне, что момент еще не созрел.
Все по-честному.
– Да, в ваших словах глубокий смысл, – согласился Арт. – Я понимаю. Мудро. Но терпение не числится в списке добродетелей американцев. Думаю, если б мои начальники увидели хоть какой-то прогресс, какую-то подвижку…
– С вашими начальниками, – перебил Баррера, – очень сложно работать. Они…
Он поискал слово.
–
– Да, дурно воспитаны, – согласился Баррера. – Вот именно. Но если бы мы могли работать с кем-то
Итак, подытожил Арт, Адан попросил дядю спасти мою задницу, и теперь он решил, что оно того стоит. Он дядюшка снисходительный, развлекаться не мешает, но человек серьезный, с четкой целью в голове, и он сосчитал, что я могу стать ему полезным в достижении этой цели.
