Власть зверя полностью

   В городе царила ночь. Бархатные темно-синие тона оставляли на стенах глубокие мазки теней, свет от фонарей расцвечивал дорожки причудливыми детскими "классиками". Прохладный ветер от моря наполнял воздух запахом соли и водорослей. Впрочем, едва слышный, он исчезал сразу же, стоило только покинуть припортовые районы.

   Везде царила тишина. Полная луна, царящая на небе, была не самым лучшим спутником для людей, поэтому в полнолуние они предпочитали носа на улицу не высовывать, страшась... кто чего. Кто теней, кто воя, кто опасных спутников ночи, кто людей.

   Впрочем, девушка, идущая по улице, задумчиво помахивающая своей сумочкой, или ничего об этом не знала. Или не считала нужным знать. А может просто не считала нужным соблюдать правила безопасности для красивых девушек лет 16-25.

   Слабый тревожащий запах водорослей, окончательно исчез, когда Хелиса, она же Хели, через чистенькую подворотню, на первый взгляд больше похожую на тупик, нырнула в небольшой спальный район, более темный и более безопасный, на первый взгляд.

   Днем здесь действительно было безопасно, но сейчас над запахом моря властвовал совсем другой, более терпкий и лично для Хели более неприятный - запах зверя.

   Пахло мокрой шестью, чем-то паленым и кровью. Кровь блестела в свете полной луны, окрашивая в алые потеки белую плитку тротуаров и темное полотно дорог. Кровью пахло от стен, заляпанных причудливой россыпью клякс.

   Невесело хмыкнув, Хели прижалась к стене. Кто бы ни проиграл в кратком, а оттого не менее кровавом и страшном бою, он еще был здесь. Невидимый, возможно спрятавшийся в подвале или на крыше, но все такой же опасный.

   Инстинктивно поправив на руках перчатки с серебряными шипами, девушка поморщилась от боли. Серебро давно уже стало для нее надежным спутником, защитником, хранителем. Серебро было лучшим способом спастись от оборотней. Но защищая Хелису, причиняло боль и ей самой. Нет, сама девушка оборотнем не являлась. К своему горькому сожалению. Так, змеиная полукровка, за последние годы забывшая, как выглядят родители.

   Лицо девушки исказила ехидно-горькая усмешка. Змеи не любят своих детенышей, а ее мать змеей и была. Прекрасной, обворожительной и ядовитой.

   По наследству от нее, Хелиса получила впечатляющую внешность, завораживающую пластику, умение вертеть человеческими мужчинами, как сама того пожелает, ядовитые клыки, вспыльчивость и половину крови оборотня, вместе со всеми проблемами, что идут вкупе с сочетаниями "полукровка" и "ребенок изгнанных".

   От отца наследство было получше: ум, логика, умение просчитывать свои шаги на несколько ходов вперед и спонтанное, так сказать адреналиновое хладнокровие. Отец был хладнокровным всегда. Хели даже порой думала, что в его жилах течет кровь оборотных рыб. Сама девушка хладнокровием отличалась тогда и только тогда, когда необходимо было включить все ресурсы организма и головы, в том числе, спасая свою шкуру.

   В обычное время девушка была молчалива и ... опасна для людей. Просто, свои проблемы предпочитала решать силой, раз и навсегда. Хотя, трупы Хели старалась не множить.

   Люди не должны знать об оборотнях и точка. Редкие исключения не в счет.

   Оборотни должны жить в кланах, подчиняясь его главе.

   Те, кто не подчиняется, должны быть изгнаны.

   Изгнанники должны быть убиты.

   Четыре правила, которым подчинялась жизнь всех альянсов.

   Хели резко остановилась, почуяв еще одного зверя. Потом остановилась, запрокинув голову. На крыше трехэтажной элитной новостройки сидел "кот". Точнее, кошка. Черная пантера умывалась лапой, глядя на луну.

   Где-то года в три Хели поняла, что мать ее не любит. Второсортная певица, она выступала в элитных небольших барах, пользуясь своей красотой как страшным оружием. На дочь она не обращала внимания - совсем. Хелиса для нее не то, что была пустым местом, по мере необходимости на пустое место можно что-то поставить, заполнить его как-то. Дочь для змеи не существовала. Имя у матери было, кстати, вполне под стать. Серпента.

   В семь Хелиса поняла, что и отцу она особо не нужна. Игрушки, которыми ее он заваливал, постоянные привозные сладости, книги, красивая дорогая одежда, электроника - все это было не более чем попытка откупиться. Барон фон Гольц мог позволить себе еще и не такое. Деньги, деньги, деньги... девочка от отца не видела ни капли ласки и ни капли тепла.

   В двенадцать Хели, в миру Анжела фон Гольц, получила трехкомнатную квартиру, няню и потеряла даже ту иллюзию семьи, что у нее была.

   В четырнадцать на счет Хели была положена впечатляющая сумма, на девочку были переписаны акции нескольких фирм, приносящие неплохой ежемесячный доход, и родители из жизни Хели исчезли. Как оказалось впоследствии почти что окончательно.