Ранд призадумался. Позволить Таиму отлучиться рискованно – уж больно тот напорист. Не ровен час, нарвется во время своих поисков на Айз Седай. Может, он сдержит слово и не тронет ее; а вдруг она сама узнает, кто он такой, отрежет его от Источника и пленит? Ранд не мог позволить себе понести такую потерю, ибо не умел учить, да и не имел времени на то, чтобы и учеников обучать, и заниматься всем остальным. Шесть лет! Шесть лет на то, чтобы сравняться с Башней. И это в том случае, если Айз Седай первыми не прознают про ферму и не уничтожат ее вместе со всеми учениками, прежде чем те усвоят достаточно, чтобы постоять за себя. Шесть лет или год. Даже меньше года.
Не обращая внимание на отдаленное бормотание Льюса Тэрина, Ранд кивнул:
– Ты получишь коней.
– Ну? – спросила Найнив настолько терпеливо, насколько могла. Сидеть неподвижно на кровати, сложив руки на коленях, стоило ей немалых усилий. Она с трудом подавила зевок – час был ранний, а выспаться ей не удавалось уже три ночи кряду. Плетеная клетка была пуста – певчего воробья выпустили на волю. На волю хотелось и ей. – Ну, что там?
Илэйн стояла на коленях на своей постели, высунувшись по плечи в окошко. Отсюда открывался вид, хоть и весьма ограниченный, на заднюю стену Малой Башни, где сегодня утром собрались Восседающие от большинства Айя, чтобы принять посланницу Тар Валона. Видно было немного, но достаточно, чтобы разглядеть защитное плетение. Именно это ограждение, малый страж, не позволяло подслушать с помощью Силы, что же происходит внутри. Прошло несколько мгновений, прежде чем Илэйн с досадой на лице села на пятки.
– Ничего не получается. Ты говорила, будто эти потоки могут незаметно проникнуть сквозь преграду. Меня вроде бы и вправду не заметили, но сама я ничего не услышала.
Последняя фраза предназначалась для сидящей в углу на шатком табурете Могидин. Эта особа совершенно не потела, что донельзя раздражало Найнив. Она твердила. будто требуется долгий опыт работы с Силой, чтобы достигнуть необходимой степени самоотстраненности, позволяющей не замечать ни жары, ни холода. Ну, чем это, скажите на милость, лучше туманных обещаний Айз Седай, заверяющих, что в конце концов все придет само собой. И Найнив, и Илэйн обливались потом, а Могидин оставалась свежей, как весенний денек. О, Свет, просто зла на нее не хватает!
– Я же предупреждала, что это будет непросто. – Могидин подняла темные глаза и смотрела главным образом на Илэйн, ибо всегда сосредоточивалась на той, на чьем запястье находился ай’дам. – Существуют тысячи способов плести малых стражей, а проделать в плетении отверстие гораздо сложнее. На это может потребоваться не один день.
Найнив попридержала язык, хотя это далось ей с трудом. Надо же. не один день! Можно подумать, будто они пробовали впервые. С приезда Тарны Фейр уже третий день пошел, а Совет все еще держал в секрете, с чем прибыла посланница Элайды. Наверное, это не было секретом для Шириам, Мирелле и всей их компании – Найнив не удивилась бы, узнав, что им все стало известно даже раньше, чем членам Совета, – но на эти дневные встречи не допускали даже Суан и Лиане. По крайней мере сами они так утверждали. Найнив поймала себя на том, что вцепилась в подол, и усилием воли разжала пальцы. Им во что бы то ни стало требовалось найти способ разузнать, чего хочет Элайда и, что еще важнее, какой ответ дал ей Совет. Другого выхода не было.
– Мне пора идти, – со вздохом промолвила Илэйн. – Я должна показывать сестрам, как делаются тер’ангриалы.
Лишь у немногих Айз Седай в Салидаре обнаруживались необходимые задатки, но учиться хотели все, и почти все, похоже, считали, что непременно выучатся, только вот Илэйн должна почаще показывать им, что к чему.
– Возьми-ка это, – добавила Илэйн, расстегивая браслет. – Я хочу попробовать кое-что новенькое, после того как закончу с сестрами. А потом у меня еще и занятия с послушницами.
Ни то, ни другое теперь не вызывало у нее восторга, не то что поначалу. После каждого урока она возвращалась раздраженная донельзя, шерсть дыбом, словно у рассерженной кошки. Самые молоденькие послушницы чересчур торопились, забегали вперед и хватались за то, с чем никак не могли справиться. Те, кто постарше, хоть и были малость осмотрительнее, обнаруживали склонность к спорам и препирательствам, ибо им не очень-то нравилось слушаться девушку лет на шесть, а то и семь моложе их. Илэйн взяла за обычай без конца повторять «эти безмозглые послушницы» или «тупые идиотки», будто была Принятой уже лет десять.
– Ну, а тебе и без меня есть чем заняться. Может, коли тебе повезет больше, чем мне, научишься наконец обнаруживать направляющего Силу мужчину.
Найнив покачала головой:
