– Я понимаю вашу озабоченность, Айз Седай, – промолвила Илэйн, – Однако хоть это, возможно, и прозвучит нескромно, никто не обладает такими познаниями об Эбу Дар, как я. Я имею в виду познания, необходимые при поисках тер’ангриала. И уж конечно, мы с Найнив скорее найдем чашу сами, чем кто угодно по нашему описанию, сколь бы подробным оно ни было. Всего-то и потребуется несколько дней рекой до Эбу Дар и обратно, ну, и несколько дней на сами поиски в городе, само собой, под приглядом Мерилилль Седай. – Илэйн хотелось перевести дух, но она удержалась и продолжала без остановки: – А вы тем временем сможете отправить послание одному из соглядатаев Суан в Кэймлине, с тем чтобы Мерана Седай получила его, как только прибудет туда с посольством.
– Во имя Света, это еще зачем? – недоуменно спросила Морврин.
– Я думала, Найнив уже объяснила вам, Айз Седай. По-моему, точно я не поручусь, но мне так кажется, чтобы задействовать чашу, потребуется еще и способный направлять Силу мужчина.
Естественно, подобное заявление не могло не вызвать некоторой сумятицы. Карлиния ахнула, Морврин что-то забурчала себе под нос, а у Шириам челюсть отвисла. Найнив тоже разинула рот, но только на миг: по наблюдению Илэйн, она успела прикрыть его прежде, чем Айз Седай успели что-либо углядеть. Впрочем, им было не до того. Суть же дела заключалась в том, что это ошеломляющее заявление представляло собой просто-напросто ложь. Именно простота, по замыслу Илэйн, и должна была стать ключом к успеху. Считалось, что наиболее впечатляющих результатов в Эпоху Легенд добивались мужчины и женщины, направлявшие Силу совместно, возможно, даже в соединении. А коли так, с той поры вполне могли сохраниться тер’ангриалы, требовавшие воздействия мужчины. В любом случае, если уж ей не под силу задействовать чашу в одиночку, стало быть, никто в Салидаре не сможет этого сделать. Ну, разве что Найнив. А вот от возможности повлиять на погоду Айз Седай вряд ли откажутся, и ежели поверят, что для этого необходим Ранд, будут иметь дело с ним. Ну, а коли потом выяснится, что можно было и без него обойтись, что с этим справятся и несколько женщин, соединившись, – невелика беда. Они уже свяжут себя с Рандом накрепко, так, что не разорвать.
– Все это интересно, – промолвила Шириам, – но ничуть не меняет того факта, что вы – Принятые. Мы отправим письмо Мерилилль, а о вас обеих шел разговор…
– Разговор! – вспылила Найнив. – И вы, и Совет только этим и занимаетесь! Одна болтовня! Мы с Илэйн можем доставить такой важный тер’ангриал, а вы, знай, кудахчете, ровно куры на насесте. – Говорила Найнив взахлеб, слова выталкивали одно другое, а уж в косу вцепилась с такой силой, что Илэйн испугалась, как бы она не оторвалась. – Сидите здесь и надеетесь, хотите надеяться, что Том, Джуилин и другие по возвращении вас утешат. Скажут, будто Белоплащники не собираются обрушиться на ваши головы. Только вот не явились бы Белоплащники сюда следом, наступая им на пятки. Вы сидите и размышляете над предложением Элайды, вместо того чтобы дело делать. Знать не знаете, как поступить с Рандом, и это в то время, когда ваше посольство уже на пути в Кэймлин! А сказать вам, почему вы только сидите да ведете пустые разговоры? Вы насмерть напуганы – вот почему! Вы боитесь всего на свете – и раскола в Башне, и Ранда, и Отрекшихся, и Черных Айя. Вчера вечером Анайя допустила промашку – сказала, что у вас есть план на случай нападения Отрекшихся. А когда появился пузырь зла – хоть теперь-то вы в это поверили? – выяснилось, что кружки, в которые вы соединились, действуют вразнобой, не в лад и невпопад. В каждом из них послушниц больше, чем Айз Седай! А все почему? Да потому, что лишь немногие сестры знали об этом плане заранее. Вы думаете, что Черные Айя находятся прямо здесь, в Салидаре. Боитесь, как бы о вашем плане не прознал Саммаэль или кто-нибудь еще. Вы не доверяете даже друг другу! Никому не доверяете! Разве не поэтому вы не отпускаете нас в Эбу Дар? Боитесь сами не знаете чего, то ли даже нас принимаете за Черных Айя, то ли опасаетесь, как бы мы не убежали к Ранду, то ли… то ли… – Найнив сбилась и набрала в грудь воздуха. На протяжении всей этой тирады она не переводила дыхания.
Первым побуждением Илэйн было попытаться как-то сгладить случившееся, но разве можно сгладить горный хребет? Однако, бросив взгляд на Айз Седай, Илэйн на миг позабыла даже о том, что своей невыдержанностью Найнив, скорее всего, загубила все дело. Эти лишенные всякого выражения лица, эти глаза, казалось способные видеть сквозь камень, не должны были говорить никому ни о чем. Но Илэйн смогла кое-что в них увидеть. И вовсе не ледяной гнев, каковой должен был обрушиться на дерзнувшую так забыться в присутствии сестер Принятую. В них застыло желание что-то скрыть, а скрывать в нынешних обстоятельствах имело смысл лишь одно. Найнив была права – они боялись. И боялись признаться в этом даже себе.
– У тебя все? – спросила Карлиния голосом, способным заморозить солнце.
