– Ну, если быть точным, то четыре дня и три ночи. В ночь на двадцатое эльфы привезли тебя от Брода. У тебя, видимо, провал в памяти. Мы серьезно тревожились за тебя, а Сэм – тот и вовсе не отходил от твоей постели, даже ночью – только если с поручением. Элронд – искусный целитель, но оружие Врага несет смерть… Сказать правду, я уже терял надежду. Я подозревал, что, хотя рана и затянулась, внутри остался обломок клинка. Так и оказалось, но мы до последнего дня не могли его обнаружить. И все-таки Элронд извлек этот обломок. Он засел довольно глубоко, а главное – и это страшнее всего – не стоял на месте, а двигался по направлению к сердцу.
Фродо содрогнулся, вспомнив страшный клинок с зазубренным лезвием, который истаял в руке Бродяги.
– Не тревожься! – поспешил успокоить его Гэндальф. – Обломка уже не существует. Он испарился. К тому же, судя по всему, хоббиты весьма неохотно «выцветают». Я знавал могучих воинов из племени Людей, которые сдались бы намного быстрее. А ты носил в себе этот гибельный обломок целых семнадцать дней!
– Но что они думали со мной сделать? – робко спросил Фродо. – Чего они добивались, Черные Всадники?
– Они хотели поразить тебя в сердце моргульским кинжалом, остающимся в ране даже после того, как он вынут. Если бы они добились своего, ты стал бы совсем как они, только гораздо слабее, и подпал бы под их начало. Ты превратился бы в призрака, подвластного Черному Властелину, и он подверг бы тебя страшным мукам за то, что ты пытался удержать у себя Кольцо, – если только можно измыслить муку страшнее, чем лишиться Кольца и видеть его на пальце у Князя Мордора.
– Спасибо еще, что я не знал, какой мне грозит ужас! – только и смог выговорить Фродо. – Я и без того был еле жив от страха. Если бы ты мне все это раньше объяснил – я бы окаменел на месте, и все тут. Каким же я чудом спасся? Скажи!
– Тебя спасло счастье… или судьба, – сказал Гэндальф. – И отвага. Сердце оказалось не затронуто, удар пришелся в плечо. Если бы ты не сражался до последнего, тебе бы так просто не отделаться. Твоя жизнь – страшно сказать – висела на волоске. Но ближе всего к гибели ты был, когда надел на палец Кольцо, ибо тогда ты сам наполовину оказался в мире призраков, и Всадникам ничего не стоило тебя схватить, потому что в том мире ты видел их, а они – тебя.
– Знаю, – поежился Фродо. – Это было очень страшно! Но почему же черных коней видели все?
– Потому что это обычные кони. И черные плащи – обычные плащи: Всадники набрасывают их, когда хотят придать форму своей пустоте162. Это нужно, когда приходится иметь дело с живущими.
– Но почему черные кони терпят таких всадников? Все остальные животные при их приближении просто шалеют от страха – даже эльфийский конь Глорфиндэла и тот испугался. Собаки воют, гуси шипят…
– Этих коней вывели и воспитали специально для Черного Властелина. Ведь ему служат не только призраки! Среди его слуг и прихвостней – орки и тролли, варги и оборотни, и не только они: множество людей, воины и царственные властители – живые, ходящие под солнцем этого мира, – творили и ныне творят волю Черного Властелина. И таких людей день ото дня все больше.
– А Ривенделл? А эльфы? Ривенделл в безопасности?
– В безопасности, пока Враг не захватил все остальное. Эльфы могут страшиться Черного Властелина, могут бежать от его лица, но никогда уже больше не склонят слуха к его обещаниям и не станут служить ему. А здесь, в Ривенделле, обитают некоторые из его злейших врагов – эльфийские мудрецы, Властители-Элдары163 из краев, что лежат за дальним, дальним Морем. Они не боятся Кольценосных Призраков: те, кто пришел из Благословенной Земли, живут в обоих мирах одновременно и способны сражаться не только против видимого, но и против невидимого Зла.
– По-моему, в последний момент у Брода появилась какая-то белая фигура – она сверкала и не расплывалась, как все остальное. Значит, это был Глорфиндэл?
– Он самый. Именно его ты и увидел по ту сторону реки. Он – один из могущественнейших Перворожденных. Эльфийский принц королевского рода – вот кто такой Глорфиндэл! Да, в Ривенделле есть сила, которая могла бы какое-то время противостоять армиям Мордора. Есть подобные силы и в других местах. И в Заселье тоже, – правда, совсем другого рода… Но все эти последние крепости скоро станут островками в море зла, если, конечно, дела не пойдут по-иному. Черный Властелин собирает воедино все свои армии… И все же, – Гэндальф поднялся с кресла и резко выставил вперед подбородок, так что его борода встала стоймя, как проволока, – все же мы должны держаться! Скоро ты будешь здоров – если я не заговорю тебя до смерти. Ты в Ривенделле, и не тревожься пока ни о чем!
– Откуда у меня мужество, чтобы «держаться»? – махнул рукой Фродо. – Впрочем, я пока не тревожусь. Мне бы только узнать, как дела друзей и чем кончилась история у Брода. Я все пытаюсь у тебя это выведать, и все без толку. Уважь мою просьбу, я и успокоюсь. Я даже, пожалуй, еще немного посплю, но, если ты не закончишь рассказ, уснуть мне ни за что не удастся!
