Властелин колец полностью

Вот, Сэм! У него будет столько же шансов спастись от волков и вернуться домой, как и у нас.

Сэм печально стоял рядом с пони и молчал. Билл, как будто поняв, о чем идет речь, поднял голову и сунул морду к уху Сэма. Сэм разразился слезами и принялся распутывать веревки, развязывая груз и укладывая его на землю. Остальные разбирали вещи, складывая в кучу то, что будет оставлено, и распределяя между собой остальное.

Когда это было сделано, все принялись наблюдать за Гэндальфом. А он, казалось, ничего не делал. Стоял между двумя деревьями, глядя на темную стену утеса, как будто пытался взглядом просверлить дыру. Гимли бродил у стены, время от времени постукивая по ней своим топором. Леголас прижался к стене, как бы прислушиваясь.

– Ну, мы готовы, – сказал Мерри, – где же дверь? Я ничего не вижу.

– Двери гномов устроены так, что года они закрыты, их нельзя увидеть,

– ответил Гимли. – Они невидимы, и собственные хозяева не смогут найти или открыть их, если забыт их секрет.

– Но эта дверь не была сделана, чтобы быть известной только гномам, – сказал Гэндальф, внезапно оживая и поворачиваясь. – Если только все не изменилось окончательно. Глаза, которые знают, что ищут, должны отыскать знак.

Он подошел к стене. Между тенями двух деревьев было ровное место, Гэндальф приложил туда руки и стал водить вперед и назад, тихонько произнося какие-то слова. Потом отступил назад.

– Смотрите! – сказал он. Видите вы что-нибудь?

Луна освещала теперь поверхность скалы, но вначале ничего не было видно. Затем на поверхности, где прошли руки мага, появились тонкие лини, как будто серебряные вены в камне. Вначале они напоминали бледное подобие паутины, слегка мерцавшей в лунном свете, но постепенно они становились все шире и яснее, пока все не смогли разглядеть рисунок.

На самом верху, куда только могли дотянуться руки Гэндальфа, была арка с переплетающимися буквами эльфийского письма. Ниже, где поверхность была выщерблена и изведена, можно было разглядеть наковальню и молот, увенчанные короной в окружении семи звезд. Ниже находились два дерева, несущие на ветвях множество полумесяцев. Более ясно, чем остальное, в центре двери виднелась звезда со множеством лучей.

– Это эмблемы Дьюрина! – воскликнул Гимли.

– А это дерево высоких эльфов, – сказал Леголас.

– И звезда дома Феанора, – добавил Гэндальф. – Они сделаны из итилдина, который отражает только звездный и лунный свет и спит до тех пор, пока его не коснется знающий давно забытые в Средиземье слова. Давно я уже не слышал их и должен был основательно порыться в памяти, чтобы вспомнить.

– Что же здесь написано? – спросил Фродо, который старался прочесть надпись на арке. – Я думал, что знаю письмо эльфов, но это я не могу прочесть.

– Это слова эльфийского языка древности с запада Средиземья, – ответил Гэндальф. – Но они не говорят ничего важного для нас. Вот что они означают: ДверьДьюрина, повелителя Мории… Скажи, друг, ивходи. А ниже более мелко: Я, Нарви, написал это. КелебримборизХоллина изобразил этизнаки.

– А что значит «скажи, друг, и входи»? – спросил Мерри.

– Это-то ясно, – ответил Гимли. – Если ты друг, скажи условное слово, дверь откроется, и ты сможешь войти.

– Да, – подтвердил Гэндальф. – Эта дверь, вероятно, управляется словом. Некоторые двери гномов открываются лишь в особое время или лишь избранным, у некоторых из них есть замки, и нужен ключ, когда известно время и слово. У этих дверей нет ключа. В дни Дьюрина они не были тайными. Обычно они стояли открытыми и около них сидели стражники. Но если они были закрыты кем-то, знающий слово произносил его и входил. Так, во всяком случае говорится в записях. Верно, Гимли?

– Верно, – отозвался гном. – Но само слово теперь забыто. Нарви и все его родичи давно исчезли с лица земли.

– Но вы знаете слово, Гэндальф? – Удивленно спросил Боромир.

– Нет! – ответил маг.

Остальные разочарованно переглянулись, только Арагорн, хорошо знавший Гэндальфа, сохранял молчание и не двигался.

– Тогда зачем было вести нас в это проклятое место? – воскликнул Боромир, оглядываясь через плечо на темную воду. – Вы говорили нам, что однажды прошли через Морию. Как это могло быть, если вы не знаете слова для входа?

– Ответ на ваш первый вопрос, Боромир, – сказал маг, – да, я не знаю слова, пока. Но мы еще посмотрим, – добавил он с блеском в глазах из-под нависших бровей, – вы можете спрашивать, какова цель моих действий, которые кажутся бесцельными. Что касается второго вопроса – вы сомневаетесь в моем рассказе? Разве вы не слышали? Я не проходил этим путем. Я пришел с востока.

Если хотите знать, эти двери открываются наружу. Изнутри вы можете открыть их, просто нажав рукой. А вот снаружи ничто не откроет их, кроме заклинания или приказа. Их нельзя открыть силой.

– Что же вы тогда собираетесь делать? – спросил Пиппин, не испугавшись нахмуренных бровей мага.