– Некоторые усомнились бы в том, стоит ли ваше дело рассказа, – сказал старик. – К счастью, я кое-что о нем знаю. Вы идете по следам двух молодых хоббитов. Не смотрите так, будто никогда не слышали о хоббитах. Слышали, и я слышал. Они взбирались сюда позавчера и встретили тут кое-кого, кого не ожидали встретить. Удовлетворит ли это вас? Или вы хотите узнать где они сейчас? Ну, ну, может, я сумею сообщить вам кое-какие новости. Но почему мы стоим? Видите ли, ваше дело теперь уже не такое срочное, как вы считали. Давайте посидим немного.
Старик повернулся и пошел к груде камней у стены углубления. Немедленно, как будто освободившись от заклинания, все зашевелились и задвигались. Гимли ухватился за рукоять топора. Арагорн выхватил меч, а Леголас подобрал лук.
Старик, не обращая на это внимания, наклонился и сел на низкий плоский камень. При этом его серый плащ распахнулся, и все увидели, что он одет в белое.
– Саруман! – воскликнул Гимли, делая шаг вперед с понятым топором. – Говори! Отвечай, куда ты спрятал наших друзей! Что ты сделал с ними? Говори, или я сделаю в твоей шляпе такую дыру, что даже колдуну трудно будет заделать ее!
Старик оказался слишком проворен для Гимли. Он вскочил на ноги и прыгнул на вершину большого камня. Тут он стоял, сделавшись неожиданно очень высоким, возвышаясь над ними. Он поднял свой жезл, и топор выпал из руки Гимли и со звоном упал на камни. Меч Арагорна, зажатый в неподвижной руке, сверкнул внезапным пламенем. Леголас закричал и выпустил в воздух стрелу, которая исчезла в вспышке пламени.
– Митрандир! – кричал эльф. – Митрандир!
– Доброй встречи, снова говорю я, Леголас, – сказал старик.
Все смотрели на него. Волосы его были белы, как снег при солнечном свете; сверкала белизной вся его одежда; глаза под густыми бровями были яркими, отбрасывая лучи, как солнце; во всей его фигуре выражалась власть. Они стояли и не могли сказать ни слова, пораженные удивлением, и радостью, и страхом.
Наконец Арагорн зашевелился.
– Гэндальф! – сказал он. – Вы вернулись к нам, когда не было никакой надежды, вернулись в крайней необходимости. Что за вуаль опустилась на мои глаза? Гэндальф!
Гимли ничего не сказал, но опустился на колени, заслонив глаза.
– Гэндальф! – повторил старик, как бы вспоминая давно забытое слово.
– Да, таково было имя. Я был Гэндальфом.
Он сошел с камня и, подобрав свой серый плащ, завернулся в него: казалось, солнце неожиданно зашло за тучи.
– Да, вы по-прежнему можете называть меня Гэндальфом, – сказал он, и голос его был голосом старого друга и предводителя. – Вставай, мой добрый Гимли! На тебе нет вины, и ты не причинил мне вреда. В сущности, друзья мои, у вас нет такого оружия, которое могло бы мне повредить. Веселее! Мы встретились вновь. У поворота событий. Приближается большая буря, но ход событий поворачивается.
Он положил руку на голову Гимли, гном неожиданно поднял голову и засмеялся.
– Гэндальф! – сказал он. – Вы во всем белом!
– Да, я теперь весь белый, – сказал Гэндальф. – В сущности, я теперь Саруман, такой Саруман, каким он должен был бы быть. Вы расскажите мне о себе! Я прошел через огонь и глубокую воду с тех пор, как мы расстались. Я забыл многое из того, что знал, и узнал многое из того, что забыл. Многое находящееся далеко я могу видеть, но зато многое близкое не вижу. Расскажите мне о себе!
– Что вы хотите знать? – спросил Арагорн. – Все, что произошло с тех пор, как мы расстались на мосту, рассказывать очень долго. Не сообщите ли вы нам сначала новости о хоббитах? Нашли ли вы их, находятся ли они в безопасности?
– Нет, я не нашел их, – сказал Гэндальф. – Тьма лежит над долинами Эмин-Муила, и я не знал об их пленении, пока орел не рассказал мне об этом.
– Орел! – сказал Леголас. – Я видел орла далеко и высоко в небе последний раз три дня назад, над Эмин-Муилом.
– Да, – сказал Гэндальф, – это был Гвайхир крылатый владыка, освободивший меня из Ортханка. Я послал его следить за рекой и собирать новости. У него острое зрение, но и он не может рассмотреть всего, что происходит на холмах и под деревьями. Он видел некоторые происшествия, другие я сам. Кольцо теперь находится там, где ему не могу помочь ни я, ни те, кто вышел с хранителем из Раздола. Оно было почти обнаружено врагом, но его все же удалось скрыть. Я принял в этом участие – я сидел на высоком месте и схватился с Башней Тьмы и тень прошла. Но я тогда устал, очень устал; и я долго бродил с темными мыслями.
– Значит вы знаете о Фродо! – сказал Гимли. – Как его дела?
– Не могу сказать. Он спасся от большой опасности, но еще большие опасности ждут его впереди. Он решил в одиночестве отправиться в Мордор и двинулся в путь, это все, что я могу сказать.
– Не один, – добавил Леголас. – Мы думаем, что Сэм пошел с ним.
– Неужели? – удивился Гэндальф, и глаза его блеснули. – Это для меня новость, хотя она меня и не удивляет. Хорошо! Очень хорошо! Вы облегчили мое сердце. Расскажите мне больше. Садитесь и расскажите мне о своем путешествии.
