Вскоре он обнаружил, что лес гораздо чаще и запутаннее, чем казался. Тропок в подлеске не было, и они продвигались медленно. Добравшись до дна лощины, они увидели ручей сбегавший с холма в глубоком болотистом ложе с крутыми скользкими берегами, поросшими ежевикой. Ручей пересекал их путь. Они не могли перепрыгнуть через него, а идти вброд означало намокнуть и вымазаться в грязи. Они остановились и призадумались, что же делать.
– Первое препятствие! – с улыбкой сказал Пин.
Сэм Скромби оглянулся. Сквозь промежутки деревьев он видел верхний край склона, по которому они спустились.
– Смотрите! – сказал он, схватив Фродо за руку.
Они все взглянули туда и высоко над собой на фоне неба увидели фигуру лошади. Рядом с ней находился Черный Всадник.
Они тут же отказались от мысли о возвращении. Фродо, шедший впереди, быстро нырнул под перекрытие густых кустов на берегу ручья.
– Фью! – сказал он Пину. – Мы правы оба. Короткий путь оказался длинным, но зато мы укрылись вовремя. У тебя чуткие уши, Сэм: не слышишь ли ты чего-либо подозрительного?
Они постояли тихо, задерживая дыхание и прислушиваясь, но звуков преследования не было слышно.
– Не думаю, чтобы он смог спуститься на, – предположил Сэм. – Но, наверное, он знает, что мы тут. Нам лучше уйти.
Идти было нелегко. Ветви деревьев и кустарников цеплялись за их мешки. Склон защищал их от ветра, и воздух в углублении был неподвижен и душен. Когда наконец они пробились на более открытое место, они вспотели, устали и покрылись царапинами: к тому же они не были уверены в избранном направлении пути. Склоны лощин стали более крутыми, ручей достиг более ровной местности, он стал шире и глубже.
– Так это же ручей Сток! – сказал Пин. – Если мы хотим придерживаться нашего курса, нам все равно нужно через него перебраться.
Они вброд перешли ручей и торопливо пошли по открытому безлесому пространству, лишь кое-где покрытому кустарником. За этим пространством вновь шел лес, большей частью дубовый, лишь изредка попадались вязы и ясень. Местность была ровной, подлеска почти нигде не было, но деревья были большие и поэтому закрывали видимость. Над путниками шелестели листья от внезапных порывов ветра, изредка с облачного неба начинал идти дождь. Потом ветер стих, а дождь усилился. Хоббиты шли как могли быстрее по траве и толстому слою опавшей листвы, а дождь продолжал идти. Они не разговаривали и время от времени оглядывались назад.
Через полчаса Пин сказал:
– Надеюсь, мы не слишком свернули к югу и не идем вдоль леса. Эта полоса деревьев не широка – не больше мили в ширину, и сейчас мы должны были бы уже пройти ее.
– Плохо, если мы идем кругами, – сказал Фродо. – Это не приблизит нас к цели. Нужно проверить направление! К тому же я не хочу неожиданно очутиться на открытой местности.
Они прошли еще несколько миль. Вновь сквозь облака выглянуло солнце, дождь уже кончился. Была уже середина дня, и хоббиты чувствовали, что пора подкрепиться. Они остановились под большим вязом: листва его хоть и пожелтела, но вся сохранилась, а почва была сухой. Разворачивая сверток с едой, они обнаружили, что эльфы наполнили их бутыли бледно-золотистым напитком. У напитка был медовый запах, и он удивительно освежал. Очень быстро хоббиты начали смеяться и издеваться над дождем и Черным Всадником. Они чувствовали, что скоро оставят позади последние несколько миль.
Фродо прислонился спиной к стволу и закрыл глаза. Сэм и Пин начали негромко напевать:
А ну – развею тишину, Спою, как пели в старину, Пусть ветер воет на луну И меркнет небосвод.
Пусть ветер воет, ливень льет, Я все равно пойду вперед, А чтоб укрыться от невзгод, Во флягу загляну.
– А ну! Во флягу загляну! – запели они громче. И внезапно замолчали. Фродо вскочил на ноги. Ветер донес до них долгий низкий вой, похожий на крик какого-то злобного одинокого существа. Вопль поднялся, опустился и закончился резкой высокой нотой. И когда они стояли ошеломленные, онемевшие, в ответ послышался другой крик, более слабый и далекий, но не менее леденящий в жилах кровь. Затем наступила тишина, прерываемая лишь звуками ветра в листве.
– Что это было? – спросил наконец Пин, стараясь говорить спокойно, но слегка дрожа. – Если птица, то я таких никогда не слышал в Уделе.
– Это не птица и не зверь, – сказал Фродо, – это зов или сигнал, в этом крике были слова, хотя я и не смог их разобрать. Но это не голос хоббита.
Больше они об этом не говорили. Все подумали о Всадниках, но вслух этого не сказали. Им очень не хотелось выходить из укрытия, но рано или поздно все равно придется пересечь открытую местность, и это даже лучше сделать пораньше при дневном свете. Они быстро подняли мешки и двинулись в путь.
Вскоре лес оборвался. Перед ними расстилалась широкая травянистая равнина. И теперь они увидели, что на самом деле слишком повернули на юг. Вдали, за рекой, были видны низкие холмы Баклбери, но теперь они находились слева. Осторожно выйдя из-под покрова деревьев, они как можно быстрей двинулись через открытое пространство.
