Хоббиты прошли под аркой, уверенно свернули влево, поднялись по ступенькам и открыли широкую дверь. В главной комнате полуразрушенной привратной башни горел камин, а через проломленную крышу падал свет.
– Это я разжег огонь, – пояснил Пиппин. – Туман тут стоял такой, что все отсырело. Хорошо, что дымоход уцелел, тянет так, что любое сырье разгорается мигом. Сейчас я вам хлеб поджарю, а то он немножко зачерствел.
Пока все рассаживались за длинным столом, хоббиты быстро натаскали множество посуды и всякой снеди.
– Нам повезло, кладовая рядом и ее не залило, – продолжал объяснения Пиппин.
– Ты зря морщишься, Гимли, – сказал Мерри. – Это не орочье хлебово, а «человечья еда», как говорит Фангорн. Вам вина или пива? Рекомендую. И солонина отменная. А хотите, поджарю ветчинки? Вот с зеленью туговато – три дня назад подвоз неожиданно прекратился. На сладкое только масло и мед. Пойдет?
– Вполне, – степенно ответствовал Гимли, и гости приступили к трапезе. Хоббиты присоединились к ним. «За компанию», – сказали они.
– Экие вы сегодня учтивые! – засмеялся Леголас. – Ручаюсь, не появись мы, вы бы опять составили компанию друг другу.
– Почему бы и нет? У орков кормили плохо, а до них – мало, – сказал Пиппин. – Давно не случалось нам душевно подзакусить.
– Ну, на вас плохая кормежка не очень отразилась, – сказал Арагорн. – Вид у вас цветущий.
– Точно, – подтвердил Гимли, разглядывая их поверх кубка. – Волосы закудрявились, и сами вроде бы подросли – это в вашем-то возрасте! Не похоже, чтобы Фангорн морил вас голодом.
– Энты только пьют, – объяснил Мерри, – ничего не скажешь – питательно, но маловато. А потом даже
– Так вы пили из Реки Энтов? – переспросил Леголас. – Тогда Гимли прав. Много странного поют про питье Фангорна.
– Расскажите же, что вы видели, – попросил Арагорн. – Я никогда не бывал на землях энтов.
– Энты, – с готовностью начал Пиппин, – энты, они… разные. А глаза у них… глаза, как у… – Он запнулся, перебирая слова, и умолк. – Да вы их сами видели, – сказал он наконец. – Они вас, во всяком случае, видели, они нам и сказали, что вы сюда направляетесь. Вот посмотрите на них вблизи и сами все поймете.
– Нет уж, – запротестовал Гимли, – начни-ка с начала, с того дня, как мы расстались.
– Сначала предлагаю набить трубки, – сказал Мерри, – тогда можно будет представить, что мы опять в Брыле или у Элронда. Мы с Пиппином славно потрудились с утра. Столько всякого добра тут плавало! Пиппин добыл два бочонка с трубочным зельем. Из личных запасов Сарумана, не иначе. И ничуть не подмок.
Гимли размял щепоть табака между пальцами.
– Пахнет неплохо и на ощупь приятный.
– Да лучшего и желать нельзя! – ответил хоббит. – Милый Гимли, это же «Лист Долгой Долины»! На бочонках есть личная торговая марка Дудкинса. Вот уж не думал встретить ее так далеко!
– Эх, трубка моя потерялась, – вздохнул гном, – то ли в Мории, то ли еще раньше. Не найдется ли чего среди трофеев?
– Ни единой, – ответил Мерри. – Это удовольствие Саруман приберегал для себя. Я думаю, не стоит сейчас ломиться в Ортханк с такой просьбой. Покурим по очереди, как подобает друзьям.
– Стоп! – сказал Пиппин и вытащил глубоко запрятанный кисет, а из него две трубки. – Вот, хранил как Кольцо, можно сказать. Эта – моя любимая, вересковая, а эту, совсем новую, вишневую, могу тебе предложить. Уладит ли она наши счеты?
– Достойнейший хоббит! – вскричал Гимли. – Да я у тебя в неоплатном долгу!
– Давайте-ка выйдем, поглядим на небо, – предложил Арагорн.
Они выбрались из сторожки и расположились на обломках Ворот. Отсюда хорошо просматривалась долина. Ветер потихоньку разгонял густые испарения.
– Приятно беседовать с друзьями на развалинах взятых ими крепостей, как верно заметил наш вечно занятый Гэндальф. – Арагорн завернулся в плащ, вытянул ноги и откинулся на спину, с наслаждением затягиваясь.
– Гляньте-ка! – сказал Пиппин. – Наш Колоброд вернулся.
– А он и не исчезал, – ответил Арагорн. – Я – Колоброд, я же и Дунадан. Я равно принадлежу и Северу и Гондору.
Они помолчали. Леголас, не мигая, смотрел на солнце и принялся было тихонько напевать что-то, но оборвал себя и воскликнул:
– Да рассказывайте же! Время уходит, туман рассеивается – во всей долине только дым от ваших корешков и остался!
– Рассказ начнется с того, как я проснулся ночью в орочьем лагере, связанный по рукам и ногам, – начал Пиппин. – Подскажите-ка, какое сегодня число?
– Пятое марта по счету Шира[9], – подсказал Арагорн, и Пиппин начал по пальцам высчитывать, когда они расстались.
– Всего-то девять дней?! А мне казалось – не меньше года. Это было как в кошмаре! Дня три я могу припомнить, а если забуду что-нибудь важное, Мерри поправит. А прочую мерзость и помнить незачем.
И Пиппин стал рассказывать о гибели Боромира, о бегстве с орками и от них, а «охотники» кивали, когда их прежние догадки подтверждались.
– Вот, кстати, ваши сокровища. – Арагорн снял с пояса мечи и протянул хоббитам.
