Девушка притронулась к светлым волосам, испачканным кровью, и еще горше заплакала от стыда. Это она заставила Кристиана выбирать между данным ей обещанием и долгом. Как она могла надеяться, что он повернется спиной к флоту, к своим обязанностям, к Англии? Для него Родди был предателем, врагом его страны.
Разве Кристиан откажется от своих идеалов ради любви? Разве у них есть шанс быть счастливыми вместе? Но она любит его.
Дейдра О'Девир медленно сняла распятие, прижалась к нему губами – оно было еще теплым – и, осторожно подняв голову лорда и хозяина, надела цепочку ему на шею.
– Я люблю тебя, Кристиан, – прошептала она.
Дейдра взглянула на распятие, лежавшее теперь на его груди и сверкавшее так же гордо, как его золотые пуговицы. Все правильно, это доказательство ее любви.
Больше ей нечего делать в Америке, война колонистов с англичанами ее не интересует, семья Фолеев позаботится о капитане Лорде, а если они с Родди тут задержатся, брата непременно схватят и повесят. Если это сделает не Кристиан, то кто-нибудь другой.
Она приехала в Америку выполнить просьбу умирающей матери, теперь ее душа успокоится.
– Мистер Фолей! – Тот покосился на дочь, пытавшуюся остановить у раненого кровь, и вопросительно посмотрел на Дейдру. – Пожалуйста, отвезите меня к брату. Вы же понимаете, что Кристиан снова будет охотиться за ним. Он – лучший офицер Королевского флота, он непременно заберет у меня Родди, и теперь уже навсегда.
– О чем ты говоришь, девочка?
Дейдра посмотрела на восток, где далеко-далеко отсюда была ее любимая Ирландия.
– Нам пора возвращаться домой, – прошептала она.
Девушка стояла в Бостонском порту, ища глазами фрегат, который привез ее в Америку, – воспоминание о нем навсегда останется в ее сердце.
Вот он – фрегат военного флота его королевского величества, стройный, гордый, отличающийся от других кораблей. Ветер дул с востока, целовал свернутые паруса, реи и мачты, затем продолжил свое путешествие к берегу, играя с волнами, и, наконец, ласково дотронулся до залитых слезами щек девушки.
Раскинув руки, Дейдра в последний раз обнялась с этим ветром, открыла свой драгоценный флакон и выпустила ирландский воздух на волю, чтобы он смешался с американским. Она дождалась, пока флакон наполнится местным воздухом, и крепко закрыла крышку.
Непривычно серьезный, Родди стоял рядом. Пусть сестра попрощается с Америкой, а потом они сядут на маленький бриг, который отвезет их домой. Родди шагнул вперед, собираясь нарушить молчаливое обещание, данное капитану Лорду, но остановился.
Родди О'Девир всегда держал слово.
Маленькая деревушка, жмущаяся к берегу моря, затихла, люди попрятались в свои оштукатуренные домики, испуганно поглядывая на дорогу из-за занавесок. Местные таверны опустели: их завсегдатаи, молодые парни, предпочли укрыться за холмами, и будут прятаться там, пока опасность не минует, ибо в гавани стоял на якоре большой трехмачтовый корабль. Теперь Англия находилась в состоянии войны с Америкой, но далеко не все хотели воевать, поэтому Королевский военно-морской флот начинал искать уклоняющихся от службы рекрутов в западной части Ирландии, и мирная деревушка Коннемара не была исключением.
Дейдра О'Девир серьезно наблюдала за тем, как Родди, устало покачав головой и ворча, направился к холмам, за которыми уже скрылись остальные. Много лет назад здесь происходило то же самое.
Она заперла дверь и пододвинула стул к огню – доброму ароматному ирландскому огню, горевшему в камине. Посреди стола на почетном месте стоял флакон. Дейдра притронулась к холодному стеклу, вспоминая свой последний день в Бостоне несколько месяцев назад.
Она никогда не откроет этот флакон, не выпустит из него воздух Америки. Как никогда не выльет из пузырька воду, набранную в Бостонской гавани, не выбросит мешочек с бостонским песком и ракушками, не потеряет клок шерсти, вычесанный из гривы лошади, на которой Фолеи пахали землю, не съест хлеб, выпеченный из кукурузы. Все эти сокровища завернуты в кусок льна и спрятаны в ее спальне.
Дейдра тихо заплакала.
Дом человека там, где находится его сердце, где живет его любовь. Еще до возвращения в Ирландию она поняла, что родной край перестал быть для нее домом. Теперь ее сердце принадлежало не Ирландии, а англичанину, с которым они никогда не будут вместе.
Завернувшись в плащ, Дейдра задумчиво посмотрела на огонь. Родди сказал, что в Америке листья на деревьях скоро станут восхитительного желто-оранжевого цвета, как закат.
Подойдя к окну, девушка посмотрела на море, где стоял военный корабль. Тринадцать лет назад она решила посмотреть, что же такого ужасного было в англичанах, которых все боялись и ненавидели.
Но теперь она знала, что ни в англичанах, ни в их военно-морском флоте нет ничего страшного.
