Он вставил нож в нижнюю петлю и принялся водить лезвием. Если бы у Райана оставался воздух в легких, он зашелся бы ликующим криком, когда и второй штырь полетел вниз.
Он снова уперся спиной в крышку, распрямился, и она с резким треском открылась.
Жадно глотая воздух, он выбрался наружу, вытянул за собой Де Квинси и повалился на холодную, мокрую землю. Следом поднялись Эмили и Беккер. Яркий свет полыхающего поблизости ада ослепил Райана.
Затем из люка показалась голова немца, но Райан тут же затолкал его обратно.
Немец испуганно вскрикнул.
– Что вы делаете, Шон? – изумился Беккер.
– Русские могут быть где-то рядом. Чтобы они не увязались за нами, нужно убедить их в том, что немец погиб. Мистер Де Квинси, скажите ему, чтобы не высовывался из тоннеля, пока я не придумаю, как обмануть русских.
Де Квинси выполнил просьбу и перевел на немецкий слова инспектора.
Часть стены горящего здания обрушилась внутрь, и Райана обдало волной жара.
– Мистер Де Квинси, скажите немцу, чтобы лежал совершенно неподвижно. Беккер, помогите мне вытащить его, как будто он тяжело ранен и, вероятно, умирает.
Де Квинси перевел, и Райан ухватил немца за правую руку, а Беккер за левую. Вдвоем они вытащили его из люка.
– Эмили, притворитесь, будто бы ищете его пульс. Действуйте так же, как если бы действительно хотели проверить, жив ли он.
Девушка незамедлительно выполнила его инструкции. Она коснулась запястья и шеи немца, приложила ухо к груди, затем подержала руку перед ноздрями и заглянула в глаза. Последнее ее действие озадачило Райана. Эмили закатала брючину немца и потрогала его ноги.
– Теперь встаньте, покачайте головой и разведите руками, словно хотите сказать, что ему уже ничем не поможешь, – подсказал инспектор.
Она проделала и это.
К ним кто-то подбежал, и Райан уже приготовился защищаться, но это оказался доктор Уэйнрайт.
– Слава богу, с вами ничего не случилось, – начал он и осекся, увидев лежавшего на земле человека.
– Что вы о нем знаете? – задал вопрос инспектор. – Это немецкий врач, прятавшийся в вашей клинике.
– Немецкий врач? Понятия не имею, что он…
– Не пытайтесь меня обмануть, только сами запутаетесь, – прервал его Райан. – Этот человек сказал нам, что вы знаете, куда его доставить, если он выживет.
– Я… Боже мой, но ведь он, кажется, умер.
– Вы действительно знаете, куда его нужно отправить?
– Да, – ответил Уэйнрайт после недолгого колебания. – Но какая теперь разница, если он умер?
– Он не умер, но мы хотим, чтобы русские так и подумали.
– Значит, вы знаете и про русских?
– Притворитесь, будто бы осматриваете его. Эмили уже сделала это и всем своим видом показала, что ему уже не помочь. Теперь ваша очередь его осмотреть.
– Осмотреть?
– Да, именно так я и сказал. Если русские наблюдают за нами, у них не должно остаться никаких сомнений.
Уэйнрайт подчинился, но действовал с куда меньшей уверенностью, чем Эмили, он даже не поднес руку к носу немца и не осмотрел его зрачки.
– Вы не собираетесь проверять его лодыжки? – спросила Эмили.
– Зачем мне это делать?
– У покойника быстро холодеют ноги, это один из первых признаков смерти.
Уэйнрайт явно смутился.
– Видимо, тебе уже не стоит отправлять ту телеграмму, о которой мы говорили, Эмили, – решил Де Квинси.
– Ты прав, отец.
– Что еще за телеграмма? – заинтересовался Беккер.
– Этот человек не разбирается в том, что он делает, – объяснила Эмили. – Мы с отцом решили послать телеграмму в Эдинбургский университет, чтобы узнать, есть ли у них сведения о том, что мистер Уэйнрайт изучал там медицину. Но теперь мы можем сберечь наши скудные средства. Даже самый неопытный врач знает, как определить, что человек умер.
– Кто вы такой? – потребовал ответа у мнимого доктора Райан.
– Никто, – после недолгого молчания дрогнувшим голосом проговорил тот. Его серебристые усы больше не сверкали. – С сегодняшнего дня я никто.
Еще одна часть стены обрушилась внутрь здания.
– Мистер Де Квинси, скажите немцу, чтобы он не сопротивлялся, когда мы понесем его так, как обычно переносят трупы, – дал новое указание Райан.
Де Квинси так и сделал.
– Инспектор, можно мне опять принять лекарство? – добавил он уже по-английски.
Райан вытащил бутылочку из промокшего кармана и передал ему. Затем взял немца за подмышки, а Беккер за ноги, и они вдвоем понесли его, согнувшись в неудобных позах, словно под тяжестью окоченевшего тела.
К счастью, когда они отошли немного в сторону от пожара, стало прохладнее.
– Эмили, мы принесли ваши саквояжи из дома лорда Кавендейла, – вспомнил Беккер.
– Отец, ты слышал? – обрадовалась девушка. – Скоро мы сможем переодеться в сухое.
Но Де Квинси все еще стоял рядом с Уэйнрайтом, с безнадежностью в глазах смотревшим на горящую клинику.
– Мистер Уэйнрайт. – Де Квинси намеренно не назвал его доктором. – Вы сказали, что некие аристократы нуждались в лечении и побудили вас основать эту клинику.
Уэйнрайт потрясенно уставился на пылающий ад, отблески огня освещали его лицо, подчеркивая всю глубину отчаяния этого человека.
