Достопочтенный Зибелдон про себя вздохнул. Легко сказать – «объясните». Перед тем как открывать Врата Перехода, маг должен усвоить необходимые базовые знания, которые вряд ли есть у девочки из этого мира – диковинного и многогранного, однако по части волшебства прозябающего в невежестве. Что ж, придется покинуть уютную психушку и взять ученицу, а все потому, что он никогда не умел отказывать юным барышням с серьезными умоляющими глазами.
Важной персоной, явившейся на неофициальный ужин с Верховным Магом и его ближайшим помощником, оказался король Руверет, «добровольно» отрекшийся от престола в пользу Властелина Сонхи. Впрочем, это уже исправили: в тайнике у Шеро нашлась «звездная соль», уничтожающая любые клятвы. Всего щепотка, этого достаточно. Держа ее на ладони, монарх прочитал задом наперед текст абдикации, после чего слизнул жгучие серебристые крупинки – и готово, отречение аннулировано. Минутное дело. Куда больше времени ушло на то, чтобы доподлинно восстановить сказанное и отрепетировать, произнося по бумажке записанную в обратном порядке абракадабру.
Руверет был уже немолод, и пережитые в тюрьме страдания наложили на него отпечаток. Он напоминал замученного делами пожилого чиновника с подорванным здоровьем и усталыми печальными глазами.
– Я теперь, господа, король без короны и банкир без капиталов. Хотелось бы мне быть полезным, а не просто вывеской на государственном фасаде…
– Корону сделаем новую, – махнул рукой Шеро. – Главное – деньги вернуть, не то в долги залезем. Честь и хвала коллеге Суно за то, что он прибил таки Мулмонга, однако перед этим Чавдо успел куда-то сплавить почти все наворованное. Победителей не судят, но победителям приходится решать проблемы, которые лезут изо всех щелей после победы. Ты уже понял, чем займешься в первую очередь? – последний вопрос был адресован Орвехту.
– Да чего ж тут не понять.
– Бери кого хочешь, используй любые ресурсы, делай что считаешь нужным – твоя задача в приоритете.
– Будем искать, – отозвался Суно. – Можно предположить, что Чавдо прятал награбленное не в спешке, когда земля под ногами загорелась, а начал заниматься этим заблаговременно. Скорее всего, он планировал через неопределенное время исчезнуть. Здесь у него была власть, но не было магии, да и ощущения от работающего Накопителя не самые приятные… Значит, потихоньку готовился к эмиграции. При этом у него не было возможности пользоваться волшебной кладовкой, и через Хиалу он не ходок, даже Врата не смог бы открыть, с учетом Накопителя. Известно, что временами он надолго отлучался из дворца. Или схроны в Аленде, или он вывозил деньги и ценности из города, хорошенько замаскировав… Разберемся.
– Если не разберемся, мы банкроты, – буркнул Крелдон. – Овдейский посол уже заводил речь о продаже наших южных колоний. Стервец Тейзург предлагает кредит, а у самого на роже написано: «Уж тогда-то повеселимся!» Если б мерзавца интересовала нажива, можно было бы столковаться, но ведь у него другое на уме – устроить балаган, в котором он будет за главного режиссера. Нет уж, хватит с нас балагана… Распродажа колоний – тоже не дело. А если занять у сиянцев, они такие проценты заломят, что без последних штанов останемся.
– Понял, – Орвехт про себя вздохнул, словно перед тем, как взвалить на спину тяжелую ношу. – Что ж, найдем и деньги, и корону.
– Корону не найдешь, – Крелдон с мрачным видом подцепил вилкой тефтелю. – Ее Дирвен утопил.
– Зачем?..
– Когда он погнался за гнупи, корона была у него на безмозглой башке, так и носился по улицам, зевакам на радость. А потом, когда он пытался выудить медальон, корона свалилась в озеро, где ее проглотила Безымянная Рыба. Изготовим новую, лишь бы деньги нашлись. Ох, зря ты этого угробца из речки вытащил…
«Наверняка они сейчас жалеют о том, что Орвехт меня тогда из речки вытащил, – Дирвен сглотнул комок, щурясь на вечернее солнце. – Только я все равно Повелитель Артефактов, даже без медальона и без их дурацких Накопителей, а им дохлый чворк на блюде, пусть теперь локти грызут, что я больше на них не работаю…»
С обветшалого балкона открывался вид на улицу: оплетенные вьюнами дома с порослью на кровельных скатах, на фонарных столбах скалят зубы мумифицированные мертвые головы – человеческие и не только. Городская жизнь идет своим чередом, но как будто с прохожими что-то не так… В следующий момент понимаешь, что это вовсе не люди: долговязые амуши с травяными космами, темноликие, как баклажаны, джубы с носами-хоботками, прыгучие длиннорукие сойгруны с ввернутыми ногами кузнечиков. Хотя люди среди них тоже попадаются, но это или вурваны вроде Лормы – одна видимость, что человек, или забитые невольники местных жителей. Исшода вся такая с тех пор, как ее захватил волшебный народец.
