Среди канистр с бултыхающимся бензином, свертков с шатрами, кухонной утвари, инструментов и прочих необходимых в дороге штук не было возможности вытянуть ноги, так что к вечеру смазливое личико Альбины было такое кислое, будто она на ходу проглотила муху.
Когда вечером Заг остановил "Планету", принцесса так и не дождалась, пока ей подадут руку. Ей пришлось вылезать самой, с трудом переставляя затекшие ноги в изящных лиловых башмачках.
На вечерней стоянке их нашел отставший вчера следопыт. Рыжая тень бросилась к Шуре, верный пес начал радостно лизать лицо приятеля. Когда церемония приветствия завершилась, Рыжий заметил Альбину.
На всякий случай пес продемонстрировал клыки и нерешительно зарычал, косясь на хозяина.
– Фу. Она с нами. Все, дружище, твое место в коляске занято.
Рыжий недовольно заворчал и улегся неподалеку от костра, время от времени настороженно косясь на принцессу. Иногда он презрительно фыркал, из чего можно было заключить, что пес думает по поводу пополнения их тесной компании.
Заг, как всегда, возился с мотоциклом, а Шура принялся готовить ужин. Достал черствый хлеб, остатки засохшего сыра и добытое Рыжим мясо, которое они вчера так и не съели.
Молодой найт подошел к принцессе, посмотрел на нее, улыбнулся, глядя на забавного бычка, что в свете пламени золотом полыхал на груди королевской дочери. Он вовсе не походил на того сурового зверя на колясках королевских найтов - с угрожающими рогами, с налитыми кровью глазами. Золотистый бык выглядел потешно - он игриво прищурил один глаз и улыбался до самых ушей.
Шура постарался растянуть губы так же, как зверушка на груди принцессы, и протянул Альбине хлеб и нож.
– Порежь, пока я разогрею мясо.
Горделиво вздернулся упрямый изящный подбородок, взметнулся костер огненных растрепанных волос, карие глаза метнули искры.
– Я-а? Надеюсь, ты отдаешь себе отчет, что разговариваешь с дочерью короля. Я не знаю, кто ты, но если уж решил заработать монет за мое спасение, то изволь…
Шура не стал выслушивать до конца тираду разгневанной принцессы. Молча развернулся к небольшому костерку и стал все делать сам. Когда небогатый ужин был готов, он позвал Зага.
– Хватит вылизывать старушку. Блестеть уже скоро будет, вороны украдут. Иди есть.
Принцессу он не звал.
Альбина то сидела на корточках, то вставала, разминая ноги, затекшие за день езды. Она упражнялась в стороне от костра и явно ждала, что Шура принесет ей поесть отдельно. Нетерпеливо покусывала длинные ногти на непривычных к работе руках. Теребила рюшки на подоле облегающего платья.
Шура с Загом неспешно поужинали сами. Несколько кусочков мяса и сыра Шура скормил Рыжему, которому они были обязаны наличием баранины.
– Проглот. Задание тебе - завтра побалуй нас зайчатинкой, - похлопал Шура пса по морде.
Шатер в эту ночь не ставили. Вечер выдался теплым, потому спать расположились прямо у затухающего костра. Принцесса продолжала гордо сидеть на своем бревне, негодующе поглядывая на Шуру.
Когда найт проснулся утром, Альбины нигде не было. Он позвал ее несколько раз, потом отправился на поиски. А когда вернулся в лагерь, Заг уже все собрал и "Планета" была готова к пути.
– Сбежала, - истолковал отсутствие девушки рулевой.
Шура сплюнул.
– Ну и коп с ней. Дура редкая. Зачем она Асинею? Эх, все-таки придется искать…
Нашли они беглянку на обочине дороги километрах в пяти от места стоянки.
Ее дорогое, вышитое бисером платье уже было в руках одного из пяти оборванцев, обступивших истерично визжащую Альбину. Принцесса оставалась в полупрозрачном сетчатом пеньюаре, и выступающие части ее тела щупали грязные руки, стараясь сорвать последнее облачение, за которое можно выручить неплохие гроши. Один уцепился в лодыжку, силясь содрать башмачок. Девушка пыталась отбиваться, размахивала руками, но бродяги не обращали внимания на полученные царапины, хохотали и продолжали ее лапать.
При виде приближающегося мотоцикла оборванцы бросились наутек. Шура указал пальцем, и Заг направил мотоцикл за одним из беглецов, за тем, который держал в руках одеяние принцессы.
Когда "Планета" настигла бродяжку, тот упал на землю и прикрыл голову руками с платьем. Шура слез с мотоцикла, забрал из грязных рук одежду и для порядка копнул носком ботинка по ребрам оборванца.
Принцесса оставалась стоять на месте. Рулевой притормозил "Планету" около нее.
Держа в руке платье принцессы, Шура невольно уставился на тело, прикрытое лишь полупрозрачной накидкой. Тяжело было оторвать взгляд от проступающих темных пятен на вздымающейся груди и от белых панталон на стройных бедрах.
Шура сглотнул и бросил Альбине платье.
Принцесса поспешно оделась. Наличие одежды будто придало ей сил, она выпрямилась, поправила платье, сжала кулачки, лицо побелело.
– Мерзкие! Мерзкие! Мерзкие! - топала она ногой и опускала вниз руки. Грудь ее тяжело взмывала вверх в такт ее гневному дыханию.
– Ну, хватит уже. Ты и дальше желаешь идти пешком? Твои недавние воздыхатели еще недалеко отковыляли. Или попросим Рыжего уступить тебе место?
Принцесса прекратила истерику и поспешно кивнула.
