Что же касается меня, то я изгрыз себе ногти, ломая голову над тем, как нам победить конгресс, как добыть Тули допуск к работе, и над тысячей других проблем. Установилась зима, очень снежная, как и предсказывал Тэд, и на редкость холодная. Всякий раз, когда мне предстояло выйти на улицу, я начинал тосковать по Гавайям.
Перед самым рождеством позвонил майор Винсент и пригласил нас на военно-воздушную базу Ханском, куда он прибыл на несколько дней. Вел он себя таинственно.
Мглистым морозным днем я отправился в Климатологический, чтобы захватить Тэда. Майор встретил нас у ворот базы и попросил проехать дальше, вдоль ограничительной линии у двухмильной взлетной полосы. Там мы остановились и ждали, съежившись в машине, пока из нее уходил теплый воздух, потому что печка отключилась.
– Что вы нам хотите показать? – спросил Тэд.
– Подождите минуту, сейчас начнется.
Полицейский чин в белом шлеме и белых нарукавниках подошел к машине проверить, кто мы такие. Увидев майора, он вытянулся в струнку и отдал честь.
Серая мгла затянула солнце, резкий холодный ветер, скатываясь с далеких холмов, гулял по простору аэродрома. Ветер и сырость усиливали мороз. Столб дыма, поднимавшийся над электростанцией базы, казался твердым и недвижным в замерзшем воздухе.
– Что это, испытание на выносливость? – спросил Тэд.
И тут мы услышали над головой рев самолета.
– Начинается! – Майор Винсент выскочил из машины.
Последовав за ним, мы увидели маленькую точку, возникшую под облаками. Точка быстро приближалась, и вот уже она превратилась в самолет, который совершил круг над полем и пошел на посадку.
– Здоровенная машина, – заметил Тэд, глядя, как самолет приближается к земле.
Я увидел, что в фюзеляже открылись люки и оттуда, как лапы, вывалились многочисленные колеса. На мгновение самолет завис над полем, словно сомневался, стоит ли ему садиться. Затем колеса дотронулись до бетона, завизжали шины, и машина мягко покатилась по полосе.
Тэд ошибся. Это была не просто большая машина. Это была настоящая громадина. Шесть двигателей размещалось на прямых крыльях. Самолет, убавляя скорость, приближался к нам, рев двигателей рвал барабанные перепонки. Самолет показался мне океанским лайнером, который умудрился отрастить себе крылья. Вертикальный стабилизатор упирался в небо, а в объемистом фюзеляже, казалось, мог разместиться автобусный парк целого города.
– Абсолютно новая машина! – восторженно объявил майор Винсент. – Первая в серии. И это первый полет. Мы назвали самолет «Дромедаром».[1]
Тэд поморщился:
– У него один горб или два?
– Ни одного! И нет экипажа!
Тэд заинтересовался:
– Автоматическая посадка?
– Совершенно верно. «Дромедар» приземлился впервые после трех дней непрерывного полета. Представляете, он летел на автоматике три дня без перерыва! Кстати, я сейчас сообщил вам секретную информацию. Вы не имеете права передавать ее ни одному лицу, не имеющему допуска.
– Так что это имеет общего… – начал я.
Тэд меня опередил.
– Вернее всего, – сказал он, – это метеорологический самолет-наблюдатель. В некоторых отношениях использовать его удобнее, чем спутник. Ведь самолет находится в той среде, которую исследует, в то время как спутник летит над атмосферой. Так что самолету легко регистрировать температуру воздушных потоков, давление, влажность и так далее.
Майор кивнул. Тэд с уважением оглядел огромную машину.
– И долго его пришлось сооружать? – спросил он. – Можно в него заглянуть? Что за приборы вы там установили? А что…
Майор поднял руки.
– Хорошо, – сказал он, – поднимитесь на борт и сами все осмотрите. Машина первоначально не предназначалась для погодных наблюдений, но кое-кто у нас решил, что мы сможем использовать ее для наших целей.
– Молодцы, – одобрил Тэд, направляясь к люку. – К тому же такой самолет сможет поднять множество реактивов для засеивания облаков.
– Я об этом не подумал, – признался майор Винсент. – Мне просто хотелось показать вам самолет. Как видите, сотрудничество с Пентагоном имеет не только недостатки.
Тэд взглянул на меня, и я понял, что он подумал о нашей беседе с доктором Вейсом. Но, вопреки своему обыкновению, сейчас он промолчал.
Он молчал и тогда, когда ранним промозглым вечером мы возвращались в Бостон.
– Создается впечатление, – сказал я, – что Пентагон не теряет времени даром. Они торопятся с проектом.
Тэд кивнул.
– Слишком торопятся. Чтобы отнять у них эту игрушку, мы должны придумать и в самом деле что-то значительное.
Не отрывая глаз от мерцающих впереди красных огоньков на шоссе, я спросил:
– Ты так до сих пор ничего и не придумал?
– Ураганы, – ответил Тэд, словно рассуждая сам с собой. – Единственное, чем мы можем остановить Винсента, это ураганы.
– Что?!
– Нам надо вооружить Вейса большой программой, которая сделает управление погодой сенсацией для газет и в то же время не даст возможности Пентагону этим воспользоваться. А для этого годятся только ураганы. Мы их с тобой остановим!
