- Теперь мне и паук не страшен, я думаю, - сказала она, - Если сегодня придет, я на нем опробую солнышко.
Доктор усмехнулся.
- А еще сегодня я вспомнила. Я поняла, кого я увидела во сне недавно. Я опять видела этот сон про паука, но с ним была еще одна женщина, я долго не могла вспомнить кто, - тараторила Бонни.
- И кто?
- Доктор ван Тащ, она была там. Только и она и не она… Трудно объяснить, как доктор ван Тащ только очень злая.
Доктор сглотнул и сжал зубы.
- Очень интересно, Бонни. Если увидишь ее еще раз, то сразу сообщи, хорошо?
Доктор вылетел из палаты прямиком в кабинет Пенелопы. Там было заперто. Больница уже готовилась ко сну, медперсонал уходил домой. Но Пенелопа еще точно была в клинике. Доктор каждый вечер лично провожал ее до остановки.
В ординаторской Пенелопы не было, медсестры, как одна ее не видели. Доктор начинал злиться: неужели она опять заперлась где-то и принимает всякую дрянь, чтобы войти в транс?! Она рассказывала доктору, как пытается попасть в другое измерение.
Одна из медсестер в испуге, под горящим взором голубых глаз ван Чеха вспомнила, что последний раз видела Пенелопу возле палаты Андреса. Доктор направился туда.
Пенелопа проверила, чтобы вторичное посещение ею Андреса осталось незамеченным. Лишние глаза совершенно не нужны, если ты идешь решать свои личные вопросы.
Она верила, что Андрес знает, как попасть в то место, где пребывает его разум.
- Вечер добрый, - мягко поздоровалась она, входя.
Андрес ее не слышал, он сидел на постели, вяло опустив руки, свесив их почти до пола. Глаза его были закрыты.
Пенелопа недовольно чмокнула и села на стул рядом с больным, пощелкала пальцами возле его ушей. Он вздрогнул и поднял голову. Глаза потухшие, кроме тупого повиновения, ничего не выражали.
- Так не пойдет. Мне нужен ты настоящий, а не этот овощ. Я пришла поговорить, а не терапию устраивать, - фыркнула Пенелопа.
Ничего не изменилось в лице Андреса.
- Я могу отвернуться, если хочешь, - пожала плечами Пенелопа, встала и закрыла дверь в палату ключом.
Стоило Пенелопе вынуть ключ из замка, как сзади ее схватили за локоть. Хватка была жесткая, сильная. На лице Пенелопы мелькнула едва заметная улыбка.
- Ну, хочешь поговорить, давай поговорим, - прошептал в ухо Андрес и обнял Пенелопу так, что ей стало трудно дышать, - А о чем хочешь поговорить, сладенькая? Ну, же, не стесняйся!
- Ну, уж точно не хочу ничем таким с тобой заниматься, - ответила Пенелопа.
- Ты же даже не дрожишь. Тебе нравится, - Андрес оттащил Пенелопу к стулу, она не сопротивлялась и дала замотать себе руки скотчем за спиной.
- Я хочу поговорить с тобой о том месте, где ты прячешься! - спокойно сказала она.
- Обидно. Такая сладкая, а нужно только поговорить, - Андрес потрепал Пенелопу по щеке и фальшиво расстроился.
- Я на полном серьезе сейчас, - заметила Пенелопа, - есть место, где пребывает сознание больного во время психоза. И ты знаешь, где это место. Я поняла это. Ну-ка, Андрес, расскажи мне. А я поставлю тебе такой диагноз, что жить будешь и на свободе и без проблем. Ну, пару месяцев в год в санаторий будешь ездить, ну?
Андрес хмыкнул.
- Жалкая подачка. Я тебе открывай тайны, а ты мне санаторий? Не чувствуешь разве неравноценность? - Андрес плавно обошел Пенелопу и наклонился к самому ее уху.
- Вот если бы ты дала мне согласие убить тебя, а потом отыметь твой труп, тогда…
- Фу, какой ты мерзкий, - спокойно сказала Пенелопа.
- Я такой, - согласился Андрес, - А так извини, никаких тайн.
- Сам посуди, на кой черт мне твои тайны, если ты сразу же меня убьешь. Я не против смерти. Но то место не для того, чтобы узнав о нем, умереть.
- Оно во сто крат опаснее. Лучше умереть, - хихикнул Андрес.
- Как оно называется?
- У него нет названия, сладкая, - Андрес наклонился к самому лицу Пенелопы, - Ты знаешь, сколько у меня не было женщины, а? Я голоден, очень голоден!
Пенелопа прикрыла глаза, разговор ей надоедал. Она снова открыла глаза и посмотрела на Андреса со всей строгостью, на которую была способна. Тут же она начала раздражаться и впадать в небывалую ярость.
- Мерзкий, гадкий, низкий человек. Я тебя уничтожу, - едва слышно сказала она.
Андрес побелел и отпрянул. Ярость Пенелопы тут же прошла. Она задыхалась и никак не могла восстановить дыхание. Лоб ее был мокрый. Больной смотрел на нее с испугом и почтением. Пенелопа чувствовала, что дело тут не в ее словах.
- Значит, у меня нет выбора, - бледными губами проговорил Андрес.
- Я не понимаю.
- Да, куда ж тебе понять-то, - Андрес сел на кровать и стал безвольным снова.
- Андрес! - позвала Пенелопа, - Андрес, я не закончила еще с тобой, урод, - обиделась она.
В душу снова хлынуло странно вибрировавшее раздражение, тут же переросшее в ярость.
- Андрес, я тебе приказываю! - сказала Пенелопа не своим голосом.
Она слышала себя со стороны, грудной, хрипловатый голос. Она чувствовала, что свободна, что держать себя в руках не надо, играть не надо, молчать не надо. Она полна власти, она может все, что захочет.
- Андрес, - крикнула она.
Больной поднял голову и взгляд его выражал смирение судьбе.
- Чего тебе?
