- Вы уйдете со мной? - спросил Габорн. Сейчас он глядел прямо ей в лицо, и у Иом не осталось никаких сомнений в том, что он узнал ее. В его глазах не было презрения - лишь боль и такая огромная нежность, что она еле сдержала желание броситься ему на грудь.
Глаза Иом наполнились слезами.
- Уйти? И бросить отца? Нет.
- Радж Ахтен не причинит ему вреда.
- Это правда, - сказала Иом. - Я... Я не знаю, что и думать. Радж Ахтен оказался совсем не таким, как я опасалась. Он не злой. Я хочу сказать, что он не совсем злой
- Когда смотришь в лик чистого зла, он кажется прекрасным, - процитировал Габорн старую поговорку, которая была в ходу у Властителей Рун.
- Он говорит, что его цель - борьба с Опустошителями и объединение всех людей для защиты от них.
- И когда эта война будет выиграна, он вернет вам дары? Расстанется с жизнью, чтобы все ограбленные им люди снова смогли обрести свои дары - так, как это сделал король Херрон Добрый? Мне кажется, нет. Он сохранит их.
- Вы не можете знать точно, - сказала Иом.
- Нет. я знаю, - настаивал Габорн. - Радж Ахтен достаточно проявил свою натуру. В нем нет уважения ни к вам, ни к кому-либо еще. Он просто присвоил все, что вы имели, и оставил вас ни с чем.
- Почему вы так уверены? Вот Биннесман, к примеру, советовал ему измениться и, значит, верил в это. Он даже пытался убедить Лорда Волка отослать от себя Пламяплетов.
- И вы верите, что он сделает это? Как можете вы стоять здесь, над телом своей погибшей матери, и верить, что Радж Ахтен обладает хотя бы каплей порядочности?
- Когда он говорит, когда смотришь ему в лицо...
- Иом, - сказал Габорн, - как можете вы сомневаться, что Радж Ахтен - это зло? Что у вас осталось, чем он еще не завладел? Ваше тело? Ваша семья? Ваш дом? Свобода? Богатство? Положение? Ваша страна, наконец?
Он отнял у вас жизнь - как если бы просто убил вас, - потому что хочет лишить всего, чем вы владеете. Даже будущего. Что еще ему нужно сделать, чтобы вы поняли: он - зло в чистом виде? Что еще?
Иом опустила голову - у нее не было ответа. - Я собираюсь отрубить этому ублюдку голову, - продолжал Габорн, - и приложу все усилия, чтобы найти способ сделать это. Но сначала нужно выбраться отсюда живым. Вы уйдете со мной, если я придумаю, как вывести из города вас и вашего отца?
Он взял ее за руку, и в тот момент, когда их пальцы соприкоснулись, тьма растаяла. Сердце Иом заколотилось. Она едва осмеливалась верить, что удача снова улыбнулась ей, но, глядя в глаза Габорна, чувствовала, как тают все страхи, все отвращение, которое она испытывала к себе, и ужасное ощущение, что она мерзкая, грязная. Как будто Габорн был живым талисманом и, прикоснувшись к ее сердцу, в один миг изменил все. Надежная каменная крепость, подумала она. Убежище.
- Пожалуйста, - умоляюще сказал Габорн, использовав все могущество своего Голоса.
Не в силах вымолвить ни слова, Иом лишь кивнула. Габорн стиснул ее руку.
- Не знаю, как, но я приду в Башню Посвященных за вами и вашим отцом... Скоро.
Иом вновь ощутила чувственный трепет, страстное желание, которое у нее всегда ассоциировалось с присутствием Биннесмана. Прикосновение Габорна было таким... нежным, точно она не утратила своего дара обаяния, точно была по-прежнему прекрасна.
Он повернулся, взял короткий меч, лежащий рядом с одним из покойников, спрятал его в складках своего плаща и, не оглядываясь, поспешно вышел из склепа. Его темный силуэт на мгновение заслонил льющийся снаружи солнечный свет.
Он ушел, и Иом почти не смела верить в то, что когда-нибудь он вернется за ней; вернется, чтобы спасти ее.
И все же душа будто оттаяла, согретая его теплом. Он придет.
Как только они остались одни, Хроно Иом сказала:
- Следует быть поосторожнее с этим человеком.
- Почему?
- Он может разбить вам сердце. Хроно произнесла эти слова таким странным тоном, что Иом не могла не обратить на это внимания. Тоном уважения.
Иом охватил ужас. Если она попытается бежать, и Радж Ахтен узнает об этом, ей не будет пощады. И все же она знала, что ее сердце колотится так сильно не от страха, а совсем, совсем по иной причине. Иом приложила к груди руку, пытаясь унять этот стук.
Кажется, он уже разбил мне сердце, сказала она себе.
18. Кто кого обманет
Спустя два часа после того, как Габорн расстался с Иом в королевском склепе, Боринсон гарцевал на коне перед полуразрушенными воротами замка Сильварреста, размахивая зеленым флагом перемирия, привязанным к копью одного из погибших нелюдей. На его губах застыла вымученная улыбка.
Все тело болело, доспехи были в крови. Конь под ним не так давно принадлежал одному из его воинов, которому он больше никогда не понадобится.
