— Доктор прав, девочки. Главное, что она жива. — устало заметил Крис. — Спасибо вам. — он пожал руку врачу и улыбнулся. — Кит, мы подождем тебя внизу.
Уладив все вопросы, я зашел в палату реанимации в сопровождении доктора.
— Пожалуйста, не долго. Она ещё не проснулась.
— Я знаю. Мне надо несколько минут. Спасибо. — тихо ответил я и подошел к кровати.
Провёл ладонью по шелковистым огненным волосам, склонился и поцеловал любимые губы.
— Поправляйся и возвращайся домой. Знай, я бы ни за что не дал тебе умереть. Я бы пошел наперекор матери, но спас тебя. Лечить других мне не приходилось ещё, но неужто я бы не справился? Мы все приедем к тебе завтра, родная.
Я дошел до своей машины и взглянул на Руслана, курившего возле своего джипа. Стрельнул у него сигарету и, затянувшись, облокотился на свой капот. Разглядывал свои руки, всё ещё перепачканные в крови и улыбался своим мыслям.
— Ее оперировал очень хороший хирург. Я узнавал. — промолвил Руслан, облокотившись на машину рядом со мной.
— Всё будет хорошо.
— Восстановление, конечно, займёт не два дня, но она у вас сильная девчонка.
— Да, ты прав.
Крис вышел из машины, оставив Тэш спать на заднем сидении.
— Лихо ты всех построил. Я думал будем прорываться с боем. Что ты сказал в приемном?
— Да не бери в голову. У меня свои методы. — я устало улыбнулся, выдыхая в воздух белый дым. — Давно не курил. Думал, не захочу больше никогда.
— Ночь выдалась не простая. — заметил Руслан.
— Ну что, едем? — запустил окурок в урну и потянулся.
— Да. Девчонкам надо отдохнуть. И нам не помешает.
Пока мы ехали, я позвонил Катиной маме и её продюсеру. Телефон Жени Хиппера записан в телефонной книжке сотового у каждого из нас по воле Кати. Так, на всякий случай. Вот и настал этот случай.
Ольге Порфирьевне дозвониться не смог, в трубке ласковый голос робота ответил: "Аппарат абонента выключен или находится вне зоны действия сети…". Отправив ей на телефон сообщение, позвонил Хипперу. Тот не пожелал слушать, что в реанимацию его не пустят и отправился в больницу. Топал ногами и угрожал, но его не пустили, в том числе и потому, что он не родственник, а то, что продюсер, так это тоже никого не волнует. Не царь же. Из больницы за подробностями он рванул, конечно, к нам домой.
Женю я знал только по фотографии, но, увидев его в живую, сразу узнал. Впустил его в дом и пригласил в гостиную. Я в кратце поведал ему подробности произошедшего.
— Меня не пустили к ней!.. Что за абсурд вообще?! — прорычал Женя.
— Реанимация. Туда никому нельзя. Правила больницы. — я не стал говорить о том, что для Кита врач сделал исключение.
— Мне вообще ничего говорить не стали!
— Вы же не родственник. Мы дождались окончания операции и лишь потом уехали.
— Надо договориться о палате…
— Мы решили все вопросы.
— Ага, ну хорошо. В конце концов, она должна быть в хороших условиях. А ты… Крис, да?
— Кристиан Кейн.
— Я тебе по гроб жизни обязан, за Кармен…
— Я вижу, вы больше тревожитесь за свой бизнес, чем за Катюшу. — нахмурился я. По правде говоря мне не очень нравилось то, что Катюша ввязана в жизнь Шоу-Бизнеса, но это её выбор. — Тогда скажу так: она ещё не скоро выйдет на сцену. Так что можете не тратить своё время…
— Да плевать на сцену! — резко перебил меня Женя, поднявшись на ноги. — Главное, чтоб с ней всё в порядке было. Сколько раз говорил одной — никуда! Да ещё ночью!
— Она не слушает. Всегда делает всё так, как считает нужным. Вы извините меня, ночь выдалась тяжелой.
— Да я всё понимаю. Ты мне позвони, когда её навестить можно будет.
— Хорошо.
28 октября
Я с трудом открыла тяжёлые как свинец веки и уставилась в белый как снег потолок. Перед глазами всё плыло, голова гудела, плечо и живот ныли щемящей болью, рядом со мной пикали какие-то приборы, и я поняла, что нахожусь в больнице. Значит, жива… Снова прикрыла глаза и вспомнила как на меня напали. И Криса, подхватившего меня на руки. Картинки вспыхивали в памяти какими-то смазанными обрывками. Никита… его застывшие от ужаса глаза ещё долго будут мне сниться. Мне казалось, что я слышала его голос сквозь сон.
— Кит… — его имя само сорвалось с губ.
— Катюша!
Я вынырнула из своих мыслей и снова распахнула глаза. Он здесь!
— Ты здесь…
— Конечно, я здесь, родная. Ты так нас напугала!.. — произнес он в полголоса и поднес мою левую руку к губам.
— Пить… — я облизнула губы, чувствуя, как пересохло во рту.
Он поднялся, достал из тумбочки детский поильник с трубочкой и поднес к моим губам. Я с жадностью выпила половину и блаженно улыбнулась.
— Детский?
— Я посчитал, что так будет удобно. Согласись, что так и есть?
— Согласна… А я долго спала?..
— Медсестра мне сказала после операции ты приходила в себя не надолго, а потом уснула. Тебя перевели в палату… — Кит бросил взгляд на наручные часы, — …часа три назад.
— А ты?..
— Я приехал рано утром и все это время был с тобой… Вчера я проспал до вечера, а ночью…едва дождался рассвета. Кать…пожалуйста, давай больше без приключений? Мы все очень волновались за тебя. Пока шла операция…мне кажется у меня сердце перестало биться…
