Горячие прикосновения. Дракон опытный любовник, и это меня злило. Не строила иллюзий, он будет ласкать свою будущую жену, дарить ей наслаждение и восхвалять ее достоинства хриплым возбужденным голосом, так же, как сейчас мои. А я? Что останется мне?
Решительно раздвинул коленом ноги, заставляя полностью обхватить его стан.
Я дернулась, услышав, как распахнулась дверь.
— Какого дьявола, отец? — прорычал Дармир, закрывая меня своим телом.
— Мне плевать, чем ты тут занимаешься! Отец твоей невесты недоволен! Если ты посмеешь разрушить ваш союз, пеняй на себя, Дармир!
Дракон громко выругался на неизвестном языке. Перевернулся, укрывая меня одеялом.
Похолодела, как кусочек льда. Под пристальным проникающим под кожу взглядом главы семейства Айстид, начала задыхаться.
Он выглядел слишком молодо. И слишком сильно напоминал Дармира. Его губы дёрнула самодовольная презрительная усмешка. Он провёл взглядом по голым плечам, будто ощупывал меня.
— Ты не думаешь, это слишком, отец? Хочешь добиться, чтобы я ставил магическую защиту на дверь в собственную спальню?
— Убирайся вон, — коротко бросил он в мою сторону.
— Милая, вернись, пожалуйста, в свою комнату, — оборвал его дракон, протягивая мне халат.
Коротко кивнула, стараясь наспех его надеть под одеялом. Пальцы не слушались.
— Ты не мог бы отвернуться, — процедил дракон, натягивая штаны. — Девушка не одета.
— Девушка? Ты хотел сказать каллисти.
— Я хотел сказать, чтобы ты убирался вон из моей спальни, отец.
Чувствовала, как накаляется между ними пространство. Воздух электризуется. Чёрные тени мечутся по углам.
Дармир выругался, сорвав с шеи камень, который начал мерцать, как маяк.
Истан, казалось, на долю секунды растерялся, наблюдая за сыном.
— Почему ты спишь с ней, не используя магию? — спросил он, вновь приковав меня взглядом к постели.
Мужчина решительно шагнул в мою сторону.
— Ты переходишь все дозволенные границы, отец!
Дармир оказался между нами, закрыв ему путь. Прижалась к спинке кровати, держа халат у самого горла.
— Всего лишь шлюха, сын. На кону куда больше, чем смазливая человечка.
— Довольно.
Видела, как на его шеи выступили вены, дракон сжал кулаки. Быстрым шагом подошёл ко мне и протянул раскрытую ладонь.
— Пойдём, я провожу тебя в твою комнату.
Его тепло согревало мою холодную руку. Он взял меня под локоть, придерживая и помогая держать равновесие, и повёл к дверям. Когда мы проходили мимо Истана, мое сердце остановилось , а в глазах потемнело.
Дверь за нами закрылась. Дракон обхватил мое лицо руками, целуя в губы.
— Все хорошо. Мне жаль, что так получилось, Нина. Я виноват. Пожалуйста, иди в постель, — коротко сказал мужчина, подводя к нужной двери.
— Это была ошибка, — выдохнула, освобождаясь из его рук, — ошибка, Дармир. Твой отец прав.
Нина
В комнате было холодно. Казалось, ледяной воздух проникал отовсюду.
Швырнула в камин дрова с такой злостью, что поднялось множество ярких искр. Они стаями мельтешили, пеплом осыпаясь под ноги. Огонь жадно затрещал, пожирая сухую древесину.
Теплее не становилось.
Подошла к столику и плеснула в бокал коньяк. Ну или что там они пьют? Не знаю, по запаху самый раз.
Жидкость перелилась через края, обжигая пальцы спиртом.
— Ух ты, ж, мамочки мои пушистые…, — проскулил Меняж, продирая веки.
Он шмякнулся на стол и уставился на меня, схватившись за голову.
— Что он с тобой сотворил? Обидел? Гад!
— Ненавижу, — всхлипнула, вытирая с щек слёзы.
— Кого?
— Всех!
Меняж поставил лапу на пролитый напиток, а потом поднял ее и жадно облизал.
— Даже Меняжа?
— Даже Тебяжа! Иди спать.
— Хозяйка плачет, Меняж не может спать, — обиженно проворчал он.
— Хозяйка? Помниться совсем недавно - «глупая человечка», — сквозь пелену слез, усмехнулась я.
— Меняж обманул. Ты хозяйка… Теперь не ненавидишь?
— Ой, иди ты… спать, пожалуйста. И без тебя плохо.
Алкоголь огнём разливался по горлу. Глотала через силу, будто пыталась затушить им обиду.
Бездарно мои старания не прошли, совсем скоро я обмякла, слёзы отступили, и на место горького разочарования, пришло хмельное равнодушие.
Села на диван, поджав ноги.
— Может, скажешь, что случилось? — залезая следом на спинку, просипел Меняж.
— Ещё чего, — хмыкнула я.
— Тогда хочешь, я тебе расскажу про свою любовную скорбь, — вздохнул он и игриво улыбнулся.
— Только не это!
— Какая ты бесчувственная, человечка! Не ожидал, — он глухо расхохотался, пронзительным мужским басом.
— Не хочешь слушать, не слушай. Я все равно буду рассказывать. Значит, сидел я однажды в лавке, и тут пришла богатенькая человечка. А я очень люблю богатеньких.
— О, Господи! — я внезапно рассмеялась, громко и немного истерично. — Скажи ещё, ты в меня влюбился, — чуть вновь не заплакала, но уже от смеха.
— Да щас. Я влюбился в твое золото. А потом мое сердце разбили, представляешь? Узнал, что это были деньги дракона! А с ним и у меня шансов нет! Так что завязывай ныть, тут у людей похлеще твоих несчастья!
Уже не могла остановиться, смеялась и плакала одновременно, как припадочная.
Уткнулась носом в плечо… И почувствовала запах сандала. Господи, я им насквозь пропитана.
