Жизнь казалась Луизе Эйкрод безоблачной. Любящий муж, шикарный особняк, положение в обществе... Однако все в одночасье изменил несчастный случай. Оказавшись прикованной к инвалидной коляске, Луиза понимает, что друг действительно познается в беде и что друзей у нее... попросту нет. Постепенно из жизни молодой женщины уходят радость и надежда. И когда в ее доме появляется очередной «чудесный» доктор, Луиза не спешит ему верить...
Сонно улыбнувшись, Луиза по привычке потянулась к соседней подушке. И только обнаружив, что та пуста, окончательно проснулась и вспомнила о том, что шесть месяцев назад ее жизнь необратимо изменилась. Улыбка медленно сползла с лица.
– Это был только сон… – разочарованно пробормотала она.
Почти с ненавистью Луиза взглянула на свои ноги. Ну почему они отказываются служить ей? Чем она заслужила подобную кару? Она, которая за всю свою недолгую жизнь не сделала никому ничего плохого?
За дверью послышались шаги. Дверь спальни осторожно приоткрылась, и на пороге показался Чарльз.
– С добрым утром, дорогая! Ты давно проснулась?
– Только что, – отозвалась Луиза, протягивая навстречу мужу руки.
Приблизившись, Чарльз обнял и поцеловал жену. Затем осторожно присел на краешек кровати.
– Как ты себя сегодня чувствуешь, Лу? – Он бросил неуверенный, боязливый взгляд на ее ноги. – Сегодня не…
– Нет. – Лицо Луизы, на миг просветлевшее при появлении мужа, вновь омрачилось. – Ты же знаешь, врачи говорят, это бесполезно.
Мягко он поправил:
– Не совсем так. Просто они считают, что нужно немного подождать. Когда-нибудь ты вновь почувствуешь их.
– Но когда? – В бессильной ярости Луиза хлопнула себя по бесчувственным коленям. – Я уже полгода, словно младенец, словно инвалид, не могу обходиться без посторонней помощи… Впрочем, я и есть инвалид, – мрачно добавила она, с ненавистью глядя вниз, на одеяло. – Чарльз, ты живешь с калекой.
Что-то дрогнуло в лице Чарльза.
– Не говори так, Лу. Мы найдем лучших врачей в графстве. Да что там в графстве, во всей Англии! Они обязательно поставят тебя на ноги. Обещаю!
Почувствовав, как к глазам подступают слезы, Луиза уткнулась лицом в плечо мужа. Глухо сказала:
– Мне сегодня опять снилось, что я могу ходить. Я бегала по огромному зеленому лугу и собирала цветы. Было так легко-легко…
Чарльз ласково погладил шелковистые волосы.
– Твой сон обязательно сбудется, дорогая. Надо лишь немного подождать.
Вдруг Луиза резко вскинула голову и пристально посмотрела ему в глаза.
– А если нет? Если я навсегда останусь прикованной к инвалидной коляске?
– Нет! Это было бы слишком жестоким испытанием для нас обоих, – невольно вырвалось у ее мужа.
Луиза горько усмехнулась.
– Факты – упрямая вещь, Чарльз. С каждым днем шансы на выздоровление тают.
– Но мы должны надеяться на лучшее.
– Знаю. Но что будет, когда врачи опустят руки?
Чарльз отвел глаза.
– Такого не будет. Ты обязательно поправишься. Тебе всего двадцать шесть. Молодой сильный организм справится с болезнью.
Луиза тяжело вздохнула.
– Хотелось бы верить… Господи, если бы я в тот день осталась дома, ничего бы не случилось!
Чарльз ласково коснулся ее руки.
– Такие вещи нельзя предугадать, Лу. Кто же знал, что водитель того грузовика окажется мертвецки пьян?
Но Луиза покачала головой.
– У меня с утра было нехорошее предчувствие. Да и мама говорила, чтобы я не ехала к ним в такую отвратительную погоду. Помнишь, какая страшная была гроза? Ливень был такой, что я с трудом различала дорогу. И когда вдруг со встречной полосы выскочил грузовик, просто не успела сориентироваться…
– Давай не будем об этом, – попросил Чарльз. Его лицо помрачнело при воспоминании о тех долгих томительных днях, когда Луиза находилась на грани жизни и смерти. – Тебе повезло, что ты вообще осталась жива.
Луиза нахмурилась.
– Иногда мне кажется, что лучше было бы умереть. Я устала чувствовать себя обузой для близких.
– Не говори ерунды! – Чарльз притянул жену к себе и крепко обнял. – Ты же знаешь, как сильно я тебя люблю. Если бы ты погибла в той автокатастрофе, я умер бы от отчаяния и безысходности.
Луиза зарылась носом в его плечо.
– Ты даже не представляешь, как мне важно сейчас слышать это… Но ты молод, красив, успешен. Вокруг тебя женщины так и увиваются…
– Но для меня существуешь только ты!
Луиза грустно улыбнулась.
– Верю. Но представь, что я навсегда останусь прикованной к инвалидной коляске. А значит, не смогу сопровождать тебя на банкетах и вечеринках. Прощай, танцы, развлекательные поездки, круизы, путешествия! Мы не сможем даже прогуляться рука об руку.
Чарльз крепче сжал ее руку.
– Ты слишком сгущаешь краски. В конце концов, танцевать мы оба не очень и любили-то. А все остальное вполне доступно.
Но Луиза возразила:
– Пусть так. Но, Чарльз, ведь мы собирались завести ребенка! А теперь, боюсь, это мне не по силам…
Чарльз передернул плечами.
– О боже, о младенцах я сейчас думаю меньше всего. Главное – чтобы ты вновь стала здоровой и веселой. – Он быстро поднялся. – Ладно, пойду распоряжусь насчет завтрака. Накрывать в столовой?
– Все равно, – безразлично отозвалась Луиза, вдруг поняв, что муж пытается увильнуть от продолжения разговора.
– В таком случае я сейчас пришлю Мари, она поможет тебе одеться. Встретимся через полчаса, дорогая!
И, небрежно поцеловав жену в щеку, он скрылся за дверью.
Оставшись одна, Луиза вздохнула. Как тяжело чувствовать себя обузой для окружающих! Это не жизнь, это какой-то кошмарный сон…
