Влипла! Хотела отомстить парню за поруганную честь своей лучшей подруги, но по ошибке ударила и облила кофе его дядю, который вскоре оказался моим новым боссом. А затем судьба, которая решила, что этой ее насмешки для меня будет недостаточно, сделала меня его же фиктивной невестой. Мне нужно выдержать всего один месяц и, играя в любовь, не влюбиться в этого мужчину по-настоящему.
— Май, только не убей его, пожалуйста, — умоляла подруга, чьё волнение я чувствовала даже спиной.
— Не убей, не укради, не прелюбодействуй… — прошипела я ей, продолжая смотреть на черную блестящую машину из-за угла торгового центра. — Ты мне заповеди решила перечислить или мы займёмся тем, ради чего сюда приехали?
— Я думала, ты с ним просто поговоришь, но тот факт, что я дважды забрала у тебя сначала кирпич, а затем камень, говорит о том, что мы с тобой друг друга неправильно поняли.
— А что тут неправильно понимать? — пришлось, всё-таки, отвлечься от наблюдения и повернуться к подруге лицом. — Этот бесхребетный чмошник бросил тебя, когда узнал о беременности?
— Да, — кивнула Настя, тряхнув головой как болванчиком.
Вопрос о том, как можно было пренебречь осторожностью, встречаясь с парнем всего ничего, пришлось опустить. Что сделано, то сделано. Обратно не втянешь…
— Он оскорбил тебя, когда уходил?
— Да.
— Он в этот же день нашёл себе новую тёлку, с которой сосался у тебя на глазах?
— Да, — всхлипнула девушка, похоже, на секунду провалившись в воспоминания вчерашнего дня, и тут же торопливо утерла слёзы, будто я их не успела заметить.
— Камень или кирпич?
— Кирпич, — решительно. — Май! — испуганно.
— Отличный выбор.
— Не вздумай! Я не хочу, чтобы ты сидела за убийство этого придурка. Я всё это тебе рассказала только потому, что ты моя подруга и мне больше некому это рассказать. Родители меня сразу убьют, когда узнают, что я залетела между первым и вторым курсом.
— Да. Попозже надо было. Ближе к защите диплома. Был бы полезный круглый блат.
— Не смешно, — насупилась Настя. — Вообще, не хочу с ним разговаривать и видеть его тоже не хочу. И ты с ним не говори. Я высказалась тебе не для того, чтобы ты возглавила отряд мстителей.
— Прости, Настюш. Но я слышала этого упыря и помню, какие сладкие песенки о вечной любви он пел тебе по телефону. А сегодня всю ночь я слушала, как ты плакала под одеялом, и я хочу, чтобы он ответил за свои слова или, хотя бы, не сделал то же самое, что и с тобой, со своей новой девушкой, которая тоже, скорее всего, первокурсница какая-нибудь. Всё. Насть! Ты меня накрутила. Я этого чувака в жизни в глаза не видела, но уже хочу ему их выцарапать.
— Ну, Майя, — захныкала подруга притворно, когда я вновь вернулась к наблюдению за черной спортивной машиной этого упыря.
— Кажется, это он! — выдохнула я триумфально, и жажда мести во мне вновь воспылала ярким пламенем. — Стой тут и жди, когда позову.
— Май, стой! — попыталась поймать меня за руку подруга, но в данный отрезок времени я была подобна снаряду, выпущенному из пушки: вижу цель, не вижу препятствий.
Расправив плечи, двинулась прямо на парня в обычной белой футболке и светлых джинсах. И чем ближе я к нему подходила, тем все более выше он мне казался. Что очень странно, ведь Настя говорила, что они со своим «Егорушкой» настолько идеально подходят друг другу, что у них даже рост одинаковый. Вот только я не припомню, чтобы у Настиного роста были характеристики двухметрового шкафа.
Тем временем, ни о чем не подозревающий парень снял с блокировки свою машину и залип в телефоне, параллельно поставив на крышу кара два стаканчика с кофе.
Смотри-ка! Уже, поди, своей новой «возлюбленной» кофе в постель несет и смсочки строчит.
— Эй! — окликнула я парня, чтобы, наконец, видеть не только его широкие плечи, но еще и бессовестное лицо.
Плавно и даже несколько лениво, парень оторвался от телефона и повернулся на звук моего голоса. Над оправой солнцезащитных очков взметнулась темная бровь:
— Вы это мне, девушка? — прошелестел его голос, будто он не на улице вопросы задает, а кастинг на озвучку порно проходит.
— Тебе-тебе, — надвигаясь на него, не сбавляла скорости. Подобрала нужное колено и, только подойдя к парню поближе, остановилась и резко ударила коленом точно в пах. — И это тоже тебе, красавчик.
Парень смог выдавить лишь что-то невнятное, будто горячей котлетой подавился, и рухнул на колени прямо передо мной.
Вены на его руках и шее вздулись, очки с переносицы упали на асфальт. Присела рядом с ним на корточки, подняла его очки и тут же водрузила ему их на лоб. Криво, но и так сойдёт.
Глядя в раскрасневшееся лицо, по которому весьма очевидно было насколько ему больно и насколько он зол, бесстрашно произнесла:
— Больно? Рожать, говорят, тоже адски больно, но ты решил бросить беременную девчонку одну в этом Аду. А ведь это только малая часть того, что ей придется пережить дальше. Всё-таки, жизнь матери-одиночки — не сахар. Ну, как? Совесть проснулась или еще раз ударить? По какому я там попала коленом? Подставляй второе для симметрии.
Посмотрела туда, где за углом пряталась Настя и взмахом руки показала ей идти сюда. Враг нейтрализован, уже стоит на коленях, готов слушать и даже немного плакать.
Настя же в ответ предпочла активно мотать головой из стороны в сторону и махать мне руками, словно подзывая к себе обратно.
