— Ох, а ты жестокая, — протянул он, будто бы невзначай поглаживая большим пальцем мою талию и пуская толпу мурашек по коже.
— Значит, любишь романтиков?
— Ага, таких, что дарят цветы, пишут стихи, провожают домой…
— От услышанного аж удавиться хочется.
— Могу помочь найти подходящую веревку, — предложила абсолютно серьезно.
Нерргар прищурился. Мило улыбнулась. Не могу ручаться на сто процентов, но вот ему определенно нравилось, когда собеседница показывала зубки. Исключительно в рамках постельного разговора, конечно же.
— А ты забавная.
— Это комплимент?
— Это констатация факта, — он качнул головой, а потом вдруг тихо прошептал мне на ухо, — Но знаешь, даже если я не похож на твоего идеального романтика… я умею быть разным.
Он сказал это так спокойно, но в то же время в его голосе скользнула опасная нотка. Будто бы предупреждение. Или обещание.
— Разным? — переспросила, пытаясь игнорировать, как участилось дыхание. Честно говоря, вся эта непрекращающаяся возня в кровати начала на меня плохо действовать. Нерргар был слишком непонятным, слишком настойчивым и горячим. Это вообще-то я собиралась его соблазнять, а не наоборот.
— Например, могу быть очень… заботливым.
Горячий язык скользнул по мочке уха, и Нерргар руками сильно прижал меня к себе, буквально вдавливая в свое тело.
— Или терпеливым…
Ага, его терпение сейчас брюки порвет.
— И…
Я не смогла сдержать вопросительного «м-м-м?», когда он вдруг замолчал.
— … Какое у тебя условие для прохождения игры?
Вопрос был задан горячим шепотом, будто бы являясь продолжением предыдущих фраз, и я совершенно, не задумываясь, ответила:
— Набрать с тобой сто очков симпатии.
— … Какое у тебя условие для прохождения игры?
От его действий девчонка поплыла. Учащенное дыхание, мелкая дрожь, иногда пробегающая по телу, крепко вцепившиеся в его плечи пальцы — все было очевидно. Значит, стратегию Нерргар выбрал верную. Проанализировав предыдущую попытку близости, он пришел к выводу, что Алайне грубость не очень по душе, как и чересчур быстрое развитие событий.
Что ж, ладно.
Послышался вздох, но ответа на вопрос не последовало. М-м-м?
— Какое у тебя условие для прохождения? — повторил он еще раз, чувствуя, как внутри поднимается раздражение.
Вот ему нужна вся эта возня? Спору нет, Алайна весьма красива и соблазнительна, но Нерргара бесило, что он тут должен из себя изображать, чтобы ее не напугать. Было куда интереснее, когда девушка являлась объектом его интереса, потому что он сам так захотел, а не потому, что ему так сказали.
— Я же уже ответила, — ответила она, напрягаясь, — Разве нет?
— Да? Видимо, я глухой. Ну-ка, можно еще раз, для дедов с маразмом?
Нерргар поцеловал чувствительное местечко за ухом, потом прикоснулся губами чуть ниже. Неизвестно, что насчет разума Алайны, но ее телу все очень нравилось. И тяжелые ладони на ягодицах, и горячие прикосновения к шее. Он и сам распалился, хоть и держал себя пока в руках. В голове засела четкая установка: нельзя девчонку спугнуть.
Он не боялся потерять голову: выполнение условия для Нерргара была важнее всего.
— Ох… а зачем тебе это? — пальчики на его плечах крепко сжались. Момент был упущен.
— Любопытство. Хорошо, а раньше что тебе нужно было сделать? — он кружил пальцами по нежной коже, при этом не переходя определенную черту. Хотя будет ложью сказать, что ему не хотелось поскорее повалить Алайну спиной на кровать, развести ее изящные ножки в стороны и начать другой диалог, состоящий из стонов и криков.
— …
Нерргар отодвинулся и взглянул в лицо напротив. Она определенно что-то говорила. Только вот он не слышал. Хм.
— Спроси у меня тоже, — потребовал он резко.
Целую секунду она смотрела на него совершенно непонимающим взглядом. Это была весьма долгая секунда, потому что он уже почти успел выйти из себя.
Но Алайна, к ее счастью, все-таки умела думать.
— Какая у тебя новая цель?
Едва Нерргар открыл рот, чтобы ответить, напротив глаз девушки возникла дергающаяся полоса, похожая на часть игрового экрана. Она дергалась, мигала и от нее во все стороны летели маленькие квадратики. Кажется, они назывались пикселями? Вроде как-то так. Стоило ему закончить говорить, как полоса пропала.
Ясно.
— Что? — Алайна непонимающе нахмурилась. Она тоже ничего не услышала.
— Ограничения, — пояснил Нерргар, одним движением ссаживая ее с себя. — Мы не можем рассказать друг другу о новых условиях. А ты даже о старом не можешь. Оч-чень интересно.
Он поднялся на ноги. Прикрыл глаза, пытаясь не взорваться. Ничего страшного. Он просто хотел выяснить, не мешают ли друг другу их с Алайной цели. Впрочем, плевать. Он достигнет своего, несмотря ни на что.
— П-понятно, — пробормотала девушка, поскорее кутаясь в одеяло. Испугалась чего-то?
Нерргар про себя закатил глаза. Его тошнило от необходимости обращать внимание на настроение другого человека.
— Не переживай, — усмехнулся он, — разве это ограничение тебе как-то мешает?
— Нет.
— Вот и мне.
Он вызывал игровое меню. Алайна замерла. Интересно, что на нее пауза тоже распространялась, хотя она была таким же игроком.
