Еву определили в детское отделение, соседний корпус той же частной клиники, где находилась сейчас Алиса. На мне теперь две истеричные девчонки. Дочка,- что теперь плачет гораздо больше, чем раньше, хотя мне и казалось, что больше некуда, а оказалась, что ещё как,- есть куда.
Руслан передал мне полное досье на Алису. Евгений, - человек Руса, что лично собирал про неё информацию.- Даже жителей немного опросил. Оказалось, что и вправду Алису там считают не совсем нормальной.
С самого раннего детства подбирает всевозможных бездомных тварей, и тащит их домой, и я сейчас не про котов и собак, там и ежи и бобры и даже дикие лисы были, да и ещё много чего,- выхаживает даже самых безнадёжных. В облаках постоянно летает и всем одиноким старикам бегает, помогает. Не удивительно, что влипла в подобную историю. Таких людей, как она, всегда используют.
Алису психолог, уже две недели никак не может в чувства привести, истерики прекращаются, только после хорошей дозы успокоительных.
С Евой, примерно, то же самое, она немного затихает только на моих руках. Тут, ещё как специально, проблемы на работе! Нужно срочно лететь в Польшу. Там, на одном из моих производств, произошла авария, пострадали люди, и нужно разобраться во всём лично. Что делать ума не приложу. К вечеру, в голову приходит безумная идея,- а что? Хуже, я думаю, уже не будет! Всё же посоветовавшись, с Макаром Андреевичем мы решили попробовать.
Я захожу в палату к Алисе, с Евой на руках. С Алисой, кстати, до этого, мне так и не удалось поговорить. Макар запрещал из-за её состояния!
Алиса уже стояла у порога,- неужели хотела выйти, услышав, плачь Евы? Дочка моментально потянулась к девушке, я рефлекторно передал дочку, совершенно забыв о том, что у Алисы ещё не зажили, как следует раны. Она сильно сморщилась от боли, но Еву мне назад не отдала. Перенесла её на постель и, усевшись там вместе с нею, тихонько заплакала. Ева тоже плакала,- но именно плакала, а не истерила.
Мы, не сговариваясь, вышли с Макаром из палаты. Решили, что им обоим нужно время.
- Ну, что думаете? – Спросил я.
- Думаю, всё обойдётся! – Идём в буфет перекусим чего-нибудь.
Мы вернулись в Палату через тридцать минут. Я не поверил своим глазам, Ева спокойно сидела на постели Алисы, и поглощала больничный ужин.
- Алиса, я могу просить вас побыть с моей дочерью сутки, мне срочно нужно отъехать.
- Да! – довольно оживлённо отозвалась девушка. – Я и сама хотела просить вас не забирать Еву! - Алиса старательно избегает смотреть мне прямо в глаза.
- Хорошо! Вас тогда переведут в совместную палату!
Это всё: словно дурной сон! Вроде где-то в глубине отравленного рассудка, я и понимаю, что всё закончилось, и ко мне никто больше не притронется: но так страшно и больно осознавать, что моё тело стало уродливым. Я не прекращала кричать и биться в истерике. Пока из душевой не унесли зеркало, Они, наконец, поняли, что основная причина моих душевных терзаний именно в нём. Моё тело безобразно и отвратительно и я не могу на него смотреть. А ещё я не могу поверить, что всё произошедшее не кошмарный сон. И что все эти люди способны на подобную жестокость. Что я сделала им? За что они со мною так? Лёжа на постели, я роняла слёзы, и, наверное, впервые в жизни мне было жалко именно себя.
Я услышала, плачь ребёнка, узнала его сразу. - Это была Ева! Когда я, более, менее пришла в себя, я спросила,- нашли ли девочку, и мне ответили, что да, - нашли. Но я, если честно, не поверила, думала, они обманули меня, и плакала уже больше, наверное, из-за того, что по моей вине пропал ребёнок.
Я быстро встала и пошла в сторону двери, сердце замерло, когда я вновь увидела ЕГО, его и Еву на его руках. От мужчины веяло теплом и защитой, но я помнила!- Главное не смотреть ему в глаза! Мне стало так спокойно. В палате словно выключили громкую, раздражающую музыку, и теперь тут тихо и спокойно. Я безумно рада, что Ева рядом со мною сейчас, и пусть не могу показать своих эмоций, они тихо бушуют внутри меня, и я их просто ощущаю. Я почти полностью успокоилась и даже вспомнила о том, что мои родные до сих пор не знают где я, и что со мной.
Нас с Евой перевели в более просторную палату, тут есть игровая зона и телевизор. Ещё отдельная кроватка для девочки, но нам она вряд ли пригодится, потому, как вечером, Ева уснула вместе со мной. А в кроватке никак не хотела укладываться. Утром, сразу после завтрака, мне принесли сенсорный телефон. Приподняв в изумлении бровь, спросила у строгого доктора. – Зачем?
- Тумурзориг, вам будет звонить по видеосвязи! - Я приняла телефон но…
- Подобной моделью я пользоваться не умею!
- И я не умею! – со вздохом разочарования произнёс доктор. – Может, вместе разобраться попробуем?
- Давайте!
Айфон от смартфона на обычном Андроиде не много чем отличается, и мы разобрались довольно быстро. Разговорившись с Макаром Андреевичем, я и не заметили, как пролетел целый час. Всё это время Ева ёрзала на моих коленях, хорошо, что порезы на ногах уже достаточно хорошо затянулись, иначе мне пришлось бы туго.
