Влюбись в меня полностью

Домой я вернулась слишком усталая, чтобы беспокоиться из-за странностей, которые происходили у меня в квартире. Я положила телефон на тумбочку, разделась, расстегнула бюстгальтер и не стала снимать майку, которая вполне заменяла мне платье. Так я и залезла в кровать, натянув одеяло до подбородка.

День… был отстойным.

И вчерашний день тоже был отстойным.

Завтрашний точно должен был стать лучше.

Повторяя это, я лежала совершенно без сил. Завтра точно должно стать лучше. Если уж честно, когда с Чарли случилась беда, мне было гораздо хуже: я чувствовала беспомощность и гнев, я была в депрессии. Все это причиняло мне боль. Но я справилась. Я должна была справиться и с тем ужасом, который навалился на меня теперь, ведь других вариантов у меня не было. Разве я могла сдаться? Это было не в моем характере.

Я не заметила, как заснула, но проснулась я внезапно. Сонливость как рукой сняло. Полностью осознавая происходящее, я смотрела в окно напротив кровати. Мне снился сон. Я не помнила его, но кто-то звал меня по имени.

Потянувшись, я взглянула на часы на тумбочке. Не было еще и пяти. Я спала не более полутора часов. Черт.

Собираясь перевернуться на другой бок, я вдруг увидела, что на телефоне светится маленький огонек, словно мне только что пришло сообщение.

Я резво потянулась к телефону и с замиранием сердца нажала на кнопку. Так поздно мог написать или позвонить лишь один человек: Рис. Надежда расцвела во мне пышным цветом. Да, в пять утра звонить все же поздновато, но получить сообщение было все же лучше, чем ничего.

Экран зажегся, я разблокировала его и не сразу поняла, что увидела. К такому я точно была не готова.

Не было ни сообщений, ни пропущенных вызовов.

У меня задрожали руки.

При разблокировке телефон открывал последнее использованное приложение. Я закрыла все приложения, прежде чем лечь спать, а потому ожидала увидеть пустую домашнюю страницу. Вот только увидела я не ее. Телефон открыл мои фотографии.

И увеличил одну из них.

Крик родился где-то глубоко во мне, но, когда я открыла рот, с моих губ не сорвалось ни звука. От ужаса я потеряла дар речи. На экране была фотография, которую я точно не могла сделать, потому что на снимке была я сама.

И я спала.

Не в силах пошевелиться от страха и удивления, я смотрела на снимок. Каким-то образом я поняла, что фотография сделана этой ночью: виднелись темно-синие лямки и розовый бант на майке.

О боже.

Внутри меня зарождался ужас. Казалось, меня облили ледяной водой. Сердце быстро забилось в груди, я часто задышала, спрыгнула с кровати и босыми ногами коснулась деревянного пола. Я бросилась к двери, раскрыла ее и пробежала по короткому, узкому коридору. Оказавшись у двери в квартиру, я вдруг поняла, что человек, который сделал этот снимок, – а я уже не сомневалась, что это был человек, ведь призраки точно на такое неспособны, – мог быть снаружи.

О боже.

Этот человек по-прежнему мог быть внутри.

Меня охватила паника. Я не знала, что делать. Ни разу в жизни я не оказывалась в такой ситуации. Я отошла от двери, развернулась и бросилась в ванную. Закрыв изнутри дверь, я попятилась и в конце концов уперлась в унитаз. Сев поверх закрытой крышки, я попыталась восстановить дыхание и решила позвонить первому человеку, который пришел мне в голову.

Рису.

В последнюю секунду я одернула себя. Зачем мне было ему звонить? Он бы все равно не снял трубку. Чуть не плача, я нашла номер Джекса, но вспомнила, что его нет в городе. Отчасти я понимала, что веду себя неправильно. Мне нужно было звонить в полицию. Кто-то проник ко мне в квартиру, пока я спала. Этот человек по-прежнему мог быть внутри. Но мой мозг отказывался работать.

В итоге я позвонила Нику.

Он ответил после второго гудка.

– Рокси?

– Я тебя не разбудила? – Вопрос был глупый, но ничего другого мне в голову не пришло.

– Нет. Я еще не ложился. У тебя все в порядке?

Разглядывая плиточный пол, я подтянула колени к груди. В ушах у меня гудело, словно рядом летал целый рой пчел.

– Я… По-моему, у меня в квартире кто-то есть.

– Что? – Голос Ника стал необычно резким.

Я тихонько вздохнула и прошептала:

– Я проснулась и увидела в телефоне фотографию. На снимке спящая я.

– Черт возьми…

– Я этот снимок не делала, – сказала я и сделала глубокий вдох. – Были и другие странности. Однажды посудомойка включилась, пока меня не было. Я нашла пульт от телика в холодильнике. Сиденье унитаза поднялось само собой. Я думала, что у меня поселилось привидение, но это… Это мог сделать только человек – реальный, живой человек.

– Боже, Рокси, полиция уже едет? – спросил Ник.

– Нет. Я не звонила в полицию.

На секунду воцарилась тишина.

– Ты позвонила Рису?

– Нет, – ответила я и выпрямилась, опуская ноги на плитку. – Я не могу ему позвонить. Он…

– Ты что, с ума сошла? Звони в полицию сейчас же. Погоди. – Казалось, Ник говорит на ходу. Я услышала, как в трубке хлопнула дверь. – Ты где?

– В ванной, – сказала я, встала на ноги и откинула волосы с лица. – Я не подумала. Я проснулась, увидела снимок и запаниковала.