Ну ладно, у Гали-то никого нет.
Пусть помечтает о Григории Егоровиче, мне не жалко. Главное — не забыть, ему посоветовать посмотреть камеры, висящие на близлежайших домах. А то он-то, небось, и не додумался даже до этого.
Навесив на лицо самую умиротворённую улыбку, я направляюсь к вошедшему капитану полиции, несмотря на то, что мои ноги предательски дрожат при каждом шаге.
Ну, ничего, я непременно отобью все нападки этого наглеца, если он посмеет снова нахамить мне.
— Евгения Васильевна?
Торопов кидается ко мне, не сводя взгляда с моей униформы официантки, и вопросительно поднимает брови вверх. Я не собираюсь ничего рассказывать хамоватому полицейскому, ведь вызвала я его совершенно для другого.
— Да, это она. А я — её напарница и подруга, Галина. Очень приятно.
Изумлённо смотрю на залившуюся румянцем подругу и расплываюсь в ехидной улыбке. Похоже, Галка решила сделать стойку на Торопова? Что ж, это просто она ещё не беседовала с ним. Ведь я-то знаю, какой он грубиян.
Григорий Егорович прищуривает свои серо-голубые глаза, которые в тусклом свете ламп блестят каким-то магическим огоньком, и слегка наклоняет голову на бок, пожимая протянутую для знакомства руку Галины.
— Очень приятно. Гриша.
Гриша? Ё-моё, да ему, наверное, лет сорок!
Со мной так Торопов всегда был сухо-официальным, постоянно язвя и придираясь, а для моей напарницы почему-то сделал исключение.
Галка краснеет, как перезрелый помидор и глупо хихикает, по-прежнему не сводя глаз с полицейского. Я замечаю, что она уже предусмотрительно расстегнула верхнюю пуговичку на своей белоснежной блузке, и, при желании, можно увидеть глубокое декольте третьего размера.
— Какие у нас, оказывается, симпатичные мужчины в органах работают. Ну, тогда нам никакие бандиты не страшны.
Девушка шевелит полными плечами, кокетливо при этом улыбаясь, по-прежнему сжимая в своей руке мозолистые пальцы Торопова.
Эта игра начинает меня жутко раздражать, и я вклиниваюсь между напарницей и полицейским, беспощадно разрывая их рукопожатие. Тыкаю пальцем на столик, стоящий у стены, и пускаюсь в объяснения.
— Вот там сидит девушка одного из бандитов. Сам грабитель сбежал. Но, я думаю, вы вполне можете побеседовать с ней.
Полицейский отводит взгляд от Галины, которая мигом оказывается за моей спиной, смеривает взглядом меня, в форме официантки, и расплывается в ироничной ухмылке:
— Вам очень идёт униформа.
— Я вас позвала совершенно не для того, чтобы выслушивать ваши едкие шуточки в мой адрес. Забирайте девчонку в отделение и делайте с ней всё что захотите.
Григорий Егорович насмешливо хмыкает, а я понимаю двусмысленность своей фразы, и заливаюсь при этом краской. Опускаю глаза в пол, сверля взглядом свои начищенные туфли, и отчаянно соображаю — мужчина сделал мне комплимент, или это, всё-таки, была издевка?
Может быть, я так привыкла к колкостям Торопова, что совсем разучилась воспринимать нормальные слова?
— Я подумаю над вашим предложением, Евгения Васильевна.
— Каким?
— Насчёт того, что я могу делать с ней всё, что захочу.
В ироничном тоне полицейского звучит неприкрытая сексуальность, и я холодею от осознания своей глупой фразы. Закашливаюсь и поднимаю свои глаза, спрятанные за стёклами очков, на капитана. Чёрт возьми, теперь он точно издевается надо мной.
— У меня почти нет времени на личную жизнь, а тут такой подарок, благодарю.
Мужчина хлопает ладонью по барной стойке, разворачивается на каблуках, и уходит в сторону столика, за которым с понурой головой сидит Нина. Галка трясёт меня за плечо, возбуждённо шепча при этом на ухо:
— Блин, ты мне не говорила, что твой наглый страж порядка — такой сексуальный красавчик!
— Он не мой.
— И это здорово. Я забираю его себе. Ведь я так поняла, он совершенно свободен.
Морщусь, сглатывая при этих словах слюну, и припускаю за Григорием Егоровичем следом, стараясь не пропустить ни одной детали. Отчего-то внутри нарастает раздражение на напарницу, которая так бесцеремонно вела себя с полицейским.
А он, тоже хорош! Расцвёл, как маков цвет, да ещё и глазки строил!
Торопов тем временем подходит к столику, и просит Сергея оставить их с провинившейся девчонкой наедине. Охранник, спокойно кивнув стражу порядка, возвращается на своё законное место, возле входных дверей.
Галина, пылко вздыхая и бросая косые взгляды на капитана, продолжает обслуживать столики, взяв на себя всех посетителей ресторана. А я со спокойной душой подхожу поближе к Нине, чтобы слышать весь разговор, ведь, в конце концов, это я вызвала сюда полицейского.
— Капитан полиции, Торопов. Можно ваши документы? За что вас задержали, рассказывайте.
Девушка всхлипывает и вяло пожимает острыми плечиками, отказываясь общаться, уставившись в стену. Мужчина вздыхает, и кладёт свою огромную ладонь на стол, заглядывая в глаза Нине.
— Тогда поехали в участок. Там я буду не столь мягким и галантным. Конечно, у меня сегодня выходной, но придётся поработать.
