– Эээ, – решительность во взгляде Ангелины уступила место неуверенности, и теперь моя подруга выглядела, весьма бледно. Дураку ясно – такого поворота событий она не ожидала. Миссия грозила провалом, и тогда в игру вступила я, применив единственное оружие, которым владела – честность.
Набрав в легкие больше воздуха, как перед прыжком в воду, я рассказала нашей хозяйке все – и об убитом шефе, и о том, что нарушила подписку о невыезде, явившись сюда, и о том, как важно мне найти преступника, умолчав только об истинных причинах своей заинтересованности в этом. Вернее, поведав не обо всех из них.
Мою речь обе присутствующие в комнате дамы слушали с открытыми ртами. Вот только изумлялись они по разным причинам – для одной мой рассказ явился увлекательным повествованием, способным заменить просмотр одной серии (только одной) бандитского сериала. Вторая явно планировала завести меня по дороге в клинику, которую мы не так давно покинули. С ее точки зрения, я поступила крайне неразумно, раскрыв карты матери предполагаемой убийцы. Ведь каждому очевидно, что она станет защищать дочь до последнего. Не оспаривая справедливость данного предположения, я, ставила под сомнение породившую его гипотезу. Не производила Анна Николаевна впечатление коварной обольстительницы, заставившей горячо любимого мужа всю жизнь воспитывать чужого ребенка. Да и будь это так, услышав имя Дмитрия Ивановича, она нас на порог бы не пустила. Тем более, так откровенничать точно уж не стала бы. Кроме того, нельзя не отметить и явное отсутствие прочих возможностей получить от женщины хоть какую-то полезную нам информацию. Окажись права Ангелина, хозяйка нам все равно ничего не рассказала бы. А так мы хоть смогли увидеть ее реакцию на откровенный рассказ. И вот что я вам скажу: либо Анна Николаевна обладала удивительными актерскими талантами, либо и впрямь ничего не знала о случившемся.
По мере моего повествования на ее лице отражались самые разные эмоции: удивление, испуг, недоумение и, наконец, озарение.
– Так вот оно что! – воскликнула она и, вскочив, принялась наматывать круги по комнате. – Как интересно! Дмитрия Ивановича, пусть земля ему будет пухом, жаль, конечно, ну да годы наши такие. А он так и вовсе прилично старше меня был. А я, стало быть, эээ, – женщина запнулась, подбирая слова, – вы, стало быть, решили, что раз я забеременела в бытность его главврачом, то не иначе как от него? Так что ли?
– Анна Николаевна, голубушка, – Ангелина встала, подошла к хозяйке дома и, взяв ее за руки, чуть ли не силой усадила в кресло. – Ничего мы не решили. Честное слово! Только предположили, нужно же было с чего-то начинать.
– Это я понимаю, – Войщикова кивнула головой, – но чтобы я… Да своему Коленьке! Да с кем? С Дмитрием Ивановичем… – женщина выглядела оскорбленной. Наконец, решительно тряхнув головой она, подавшись вперед и снизив голос до зловещего шепота, доверительно произнесла:
– Ходили слухи. Разные слухи… Только вы там у себя запишите, что я им никогда не верила! – изобразив китайских болванчиков, мы с Гелей заверили хозяйку в обязательном исполнении ее указания.
– Так вот, – продолжила она, – поговаривали, будто у главврача случился бурный роман со Светой Павловой. Якобы, из-за нее он и сбежал потом из больницы. Дескать, обо всем прознала жена, и любовь пришлось прекратить. Только я в это, убей, не верю.
– Почему? – в один голос вскричали мы с Гелей.
– Потому, – женщина плотно сжала губы, демонстрируя бескомпромиссность суждений, – Дмитрий Иванович был интеллегентнейшим человеком, кристально чистым, высоконравственным. Сейчас таких не встретишь. Да и жена у него такая, такая, – Анна Николаевна захлебнулась от восхищения, не в силах подобрать подходящие слова, – одним словом сногсшибательная красавица. А Света Павлова… Хорошая девочка, не спорю. Но ведь никакая! Моль бледная, тихая, незаметная, всего-то и достоинств, что золотой характер.
Как по мне, так очень даже значимый аргумент в пользу неизвестной Светы, вот только мой собственный опыт свидетельствовал о том, что в словах Анны Николаевны правды больше, чем того хотелось бы скромным Золушкам. Принцы обращают на них внимание разве что в сказке, в жизни предпочитая эффектных и статных, пусть и злобных, «сестер».
Приободренная моим понимающим взглядом, женщина продолжила сыпать аргументами, словно перезрелый стручок горохом:
– Кроме того, вы ж поймите, в больнице, как в деревне, от посторонних глаз не спрятаться. Если бы что-то было, я бы непременно заметила, тем более что несколько месяцев работала секретаршей Дмитрия Ивановича. Нет, – женщина категорично тряхнула головой. Все это слухи и не больше.
– А, как же «дыма без огня не бывает»? – губы Ангелины сложились в саркастическую улыбку, – как же в «тихом омуте черти водятся»?
Набрав воздуха в легкие, хозяйка уж было собралась разразиться гневной тирадой, как сработавшая сигнализация нарушила ее планы. Вернее, «сигнализаций» было две – вой автомобильной сирены разбудил маленькое чудо, о чем оно сообщило миру оглушительным воплем.
