Король Ланконии мгновенно насторожился, добродушный великан превратился в могучего и опасного потомка многих поколений великих воинов.
– Какие нововведения?
– Системы искусственного орошения, дамбы. На дворе двадцатый век, нужно уметь пользоваться его достижениями.
Король изумленно поднял брови:
– Вы в этом разбираетесь? Прекрасно. Разумеется, вы можете помогать крестьянам, если вам хочется.
– Крестьянам? А они у вас, часом, не крепостные? – язвительно усмехнулся Джей-Ти.
– Конечно, они свободные люди. Это всего лишь слово. Зовите их фермерами, если угодно. – Король выдержал короткую паузу. – Лейтенант Монтгомери, я хочу кое о чем вас спросить. Некий генерал Брукс регулярно посылал рапорты вашему президенту, информируя его о положении дел. Он посетил ваш домик в Ки-Уэст и описывает мою внучку в одном из своих отчетов. Этому документу можно верить?
Джей-Ти улыбнулся, вспоминая тот день, жаркое солнце Флориды и оглушительные звуки радио.
– Бигуди в волосах, вытертые джинсы, моя рубашка, орущее радио? Страстный танец вокруг жаровни с булочками для бифштексов в руках?
– Да. – Король недоверчиво прищурился. – Я никогда не видел ее такой. Ее мать, жена моего сына, верила, что когда-нибудь Ария станет королевой. Она учила ее всегда сохранять хладнокровие, не испытывать чувств или по крайней мере никогда их не показывать. Скажите, вы когда-нибудь видели ее плачущей?
– Только однажды.
Король окинул Джей-Ти задумчивым взглядом.
– Она позволила вам видеть ее слезы? Я понятия не имел, что вы были так близки.
– Мне кажется, существуют две Арии. Одна из них моя жена, которая бывает такой… – лейтенант усмехнулся, – с ней мы отлично ладим. Но есть и вторая Ария – принцесса, чванная, надутая злюка. Эту Арию я не приемлю, и в этой стране с каждой минутой моя жена все больше становится похожа на ту высокомерную капризную особу, которую я встретил на острове.
Король перевел взгляд на бокал с вином.
– Возможно, с вами она бы изменилась, стала другой. Перестала быть… как вы сказали… чванной, надутой злюкой?
– Нет, только не со мной. – Джей-Ти поднялся, резко отодвинув стул. – Я остаюсь здесь, чтобы защитить ее и помочь этой стране. А принцесса пусть лучше будет такой, какая она есть. Для меня так безопаснее.
– Близость с моей внучкой пугает вас?
– Да. Мне было нелегко расстаться с ней в прошлый раз, боюсь, следующее прощание будет еще тяжелее.
– Да, я понимаю, – кивнул король. – Конечно, рано или поздно вам придется расстаться. Вашему правительству следовало бы получше изучить наши законы. Простолюдин-американец не может стать законным мужем королевы. Ей бы пришлось отказаться от престола. Впрочем, существует одна лазейка. Народ Ланконии может попросить вас возглавить страну, но я сомневаюсь, что подобное произойдет.
– Ария ни за что не отречется от короны, а если бы даже она и захотела, я бы ей не позволил. Рад слышать, что мне нельзя стать вашим королем, я бы все равно не согласился занять трон. А теперь, может, кто-нибудь покажет мне, где тут у вас спальня? Или же мне предстоит провести ночь где-нибудь в подземелье, вместе с узниками?
Король кивнул Неду, и тот дернул шнур звонка на стене. Дверь немедленно отворилась, и в комнату вошли четверо стражников.
– Отведите лейтенанта Монтгомери в Красную спальню, – приказал король.
Когда Джей-Ти исчез за дверью, Нед заговорил:
– Этот наглец недостоин касаться даже края платья ее королевского высочества.
Король с довольной улыбкой откинулся на спинку кресла.
– Парень с лихвой оправдал все мои надежды. Тебе лучше держаться с ним полюбезнее, Нед, потому что если все случится, как я задумал, этот человек станет следующим королем Ланконии.
Потрясенный Нед пролепетал в ответ что-то бессвязное, и король весело рассмеялся, хлопнув себя по колену.
– Нет, нет, нет и нет! – взвизгнула леди Уэрта. – Он ваш восьмиюродный брат и двадцать восьмой претендент на корону в линии наследования.
Ария с силой прикусила язык, надеясь, что боль поможет ей сдержать злость и не сорваться. Ей пришлось трястись в пастушьей телеге всю ночь не смыкая глаз, а в шесть утра начался первый урок с фрейлиной. К четырем часам пополудни принцесса едва держалась на ногах от усталости. Все утро Уэрта обучала ее правильной походке. Вначале Ария изображала неуклюжую американку, пытающуюся подражать принцессе, но вскоре выдохлась. Ей страстно захотелось посидеть, и она решила пройтись так, как привыкла ходить, будучи принцессой.
Но леди Уэрта осталась недовольна результатом. Она заявила, что такая походка никуда не годится, что принцесса Ария двигалась куда более величественно, по-королевски, и что неповоротливой американке ни за что не удастся изобразить нечто даже отдаленно похожее на гордую поступь настоящей наследницы трона.
Ария впервые столкнулась с такой откровенной предвзятостью. С этого момента она даже не пыталась подражать кому-то другому и вела себя совершенно естественно, оставаясь самой собой, но въедливая фрейлина изводила ее бесконечными придирками.
