– Мы встретились. Я заказал чай, а она кофе. Далее она задала обычные вопросы: как живешь, как дела и прочее. Дала мне свою визитку с указанием должности и мобильного телефона. Я честно признался, ей, что недавно женился. Она тут же среагировала и сказала: «Жаль, что я раньше тебя в Москве не встретила, а то, может быть, стала бы твоей новой женой». Я спросил, какое у нее ко мне дело. Она ответила: «Личное». Я спросил: «Какое именно?» Она продолжила: «Помнишь, я сказала тебе, что сделала аборт? Это не так. Просто в тот период мне сделал предложение другой парень, которого я не любила, а он по мне сох. Ведь я тебя любила, а он твой грех взял на себя. В положенный срок я родила чудную девочку, мы с мужем назвали ее Светланой. Он знал, что она не его дочь, но воспитывал ее как родную. Все у нас с ним было хорошо. В 1988 году он умер от рака, и я в тот же год была вынуждена переехать в Россию, в Псков, так как мы там, в Литве, были никому не нужными русскими. Но Светочка – твоя дочь, чтоб ты знал». Она мне показала фотографии Светланы. На одной, сделанной еще в Каунасе, ей было 18 лет. На другой фотографии, снятой летом в прошлом году, она выглядела как очень симпатичная молодая женщина, сейчас ей 39 лет. На этой фотографии, как мне показалось, она была очень похожа на мою мать: тот же овал лица, рост выше среднего, фигуристая. Я спросил: «А какие у нее глаза?» Варвара ответила: «Твои, голубые». Я ей ничего не сказал о своих впечатлениях от фотографий. Далее я спросил: «Тебе что-нибудь нужно?» Она ответила: «Там посмотрим. Я подумаю над твоим вопросом», – а затем резко встала, сказав: «До встречи».
– Это все, что ты хотел сказать? – спросил Михаил.
– Почти. Как вы помните, я заместитель генерального директора по работе с клиентами. Заказчик, которого представляет Варвара, – крупный по объему договора, и ситуация такова, что она напрямую может связываться со мной. По мнению юристов нашей компании, юридически она ничего не может потребовать от меня, пока не будет проведен генетический анализ, подтверждающий мою родственную связь со Светланой. Тогда она в судебном порядке может потребовать, чтобы я признал ее своей дочерью. Но для того, чтобы сделать такой анализ, я должен дать согласие на его проведение. Мне юристы советуют согласия не давать. Вот по какому вопросу я планировал с вами посоветоваться, – в голосе Александра чувствовались тревожные нотки.
– Да, ситуация неожиданная, но она не криминальная. Александр, я правильно тебя понимаю? – Михаил задал этот вопрос, понимая всю сложность положения своего друга.
– По мнению юристов, это действительно так, – ответил Александр.
– Ты жене все рассказал? – Елена задала этот вопрос почти шепотом.
– Пока не вижу смысла, – тихо ответил Александр.
– Сашка, я полагаю, тебе сейчас надо выдержать паузу. Ведь Варвара тебе звонила через секретаря, а не на твой сотовый телефон. Твой же сотовый номер она же не спрашивала?
Александра немного напряг вопрос Михаила. Немного помолчав, он неуверенно ответил:
– Не спрашивала.
– Допускаю, что она сейчас будет с юристами прорабатывать вопрос, какой куш может сорвать в сложившейся ситуации. Так что у тебя есть время проработать с юристами свои контрмеры. Советую пока жене ничего не говорить, – этот совет озвучил Михаил. – Лен, а ты как считаешь?
– Думаю, что ты дал другу правильный совет. Зачем спешить? Может быть, дочь не захочет этой тяжбы. Она еще молода, и зачем ей тратить свое время на суды? Ты же не миллиардер и даже не миллионер. Ты всего лишь представитель среднего класса с не очень большими доходами, по мнению юристов, – свое мнение озвучила Елена.
– А может быть, она захочет стать моей наследницей? – Александр с трудом выдавил из себя это предположение.
– Надеюсь, этого события ей долго ждать, – Михаила произнес это уверенным голосом.
– Следовательно, ваш совет – крепить с юристами оборону, жене пока ничего не говорить, – такой финал разговора озвучил Александр.
– Конечно, да! – Михаил подтвердил вывод друга.
Этот разговор продолжался не более двадцати минут, после чего Александр ушел. Михаил и Елена остались одни. Между ними возникла пауза, каждый из них обдумывал сложившуюся ситуацию.
– Предлагаю нормально поужинать, – прервала молчание Елена.
– У меня тоже разыгрался аппетит, – поддержал ее Михаил.
– Как ты видишь дальнейший ход событий по вопросу, озвученному твоим другом? – спросила Елена у мужа, понимая, что в этом деле еще много неясного.
– Все зависит от рекомендаций юристов с обеих сторон. Ведь одни будут вырабатывать тактику нападения, а другие станут выстраивать линию защиты, – высказал свое предположение Михаил.
– Полагаю, что сейчас трудно оценить все опасности, которые могут возникнуть у нашего друга. Одно мне ясно: в этом деле решающее слово за дочерью Варвары. Предлагаю дебаты по этому вопросу прекратить, – это было окончательное мнение Елены.
