Сгорбившись на высоченном сиденье, Куатил наблюдал планету Три в сверхмощную линзу телескопа, который почти мгновенно увеличивает изображение в десять тысяч раз. Хотя Три вдвое больше его родного Куата, их очертания очень схожи, и обе планеты окружены сверкающим ореолом.
Новейший прибор, который он, старший астроном обсерватории, после долгих лет ожидания получил от техников Главного предприятия Конфедерации, позволит ему наконец впервые рассмотреть этой ночью мельчайшие подробности рельефа.
Да, но сколько требований и докладных записок отправил он правительству, прежде чем ему прислали этот телескоп. И если б не энергичная поддержка инспектора Маффа и Совета инженеров, ему так и не удалось бы добиться своего. Совет инженеров сам адресовал правительству настойчивые и по-своему трогательные письма, не забывая пересылать ему, Куатилу, копию каждого из них.
С самой верхней ступеньки площадки Куатил отдает приказания своему помощнику Фрасту и с гордостью дирижера, повелевающего слаженным и послушным оркестром, отмечает, что линза постепенно все точнее и ярче фокусирует светящиеся полосы и сужает поле обзора.
Центральным объектом своих наблюдений на планете Три он избрал условную тригонометрическую точку и с помощью регистрирующего устройства занес ее в самую верхнюю строчку девственно чистой пока таблицы.
Объект наблюдения приближается, быстро и резко увеличивается в размерах, и в телескоп открывается такое зрелище, что, несмотря на самообладание и выдержку, приобретенные за долгие 120 куатолет жизни, он, Куатил, не в силах сдержать радостного подрагивания антенн.
— Арбакс труб, — взволнованно передал он Фрасту.
— Арбакс труб, — восторженно повторил помощник и, как всякий молодой исследователь космоса, тут же дал полную волю воображению: — Три мандалукар? — робко спросил он, покачивая гибкими антеннами.
Нет, этого он, Куатил, пока не может утверждать.
— Три нир мандалукар.
Во всяком случае, понадобится еще немало наблюдений, прежде чем он сможет дать окончательный ответ. Но в телескоп самые мелкие объекты видны столь отчетливо, что он, подобно терпеливому и настойчивому детективу, сможет метр за метром обследовать всю планету Три. И тогда станет ясно, принимают ли там его сигналы и есть ли какая-нибудь надежда, что они будут поняты и расшифрованы.
Молодости свойственно торопиться, а Фраст — молод, ему всего 68 куатолет. Мудрость и терпение приходят с годами, и он, Куатил, в свои 120 куатолет понимает и прощает Фрасту его нетерпение и горячность.
Конечно, ему самому очень хотелось бы радостно крикнуть: «Фраст, три мандалукар!» Это означало бы, что вековые поиски и твердая вера предков не пропали даром, что не напрасно инженеры и астрономы упорно и храбро боролись против козней телерадиотехников.
Не отрывая взгляда от линзы, Куатил слегка покачал вторым отростком правого щупальца.
Фраст быстро взобрался по лестнице на верхнюю площадку наблюдения и пристроился рядом с учителем. Выхваченный из ночной тьмы, в линзе телескопа сверкал и переливался тысячами красок шар планеты Три. Его поверхность, изборожденную бесчисленными трещинами, пересекали возвышенности и впадины. Руб, нуэр, вчрос, джел, ультраджел, ац светлый, ац темный — в эти и в десятки других удивительных и совершенно неведомых Куату цветов была окрашена вся поверхность планеты. В мощные линзы можно было даже различить змеящиеся полоски, которые вели из темной зоны нуэр и вирос в более светлую зону спектра. И многоопытный учитель и восторженный ученик, сидя рядом, одинаково немели от изумления. Но Куатил очень скоро взял себя в руки. Он тщательно записал в таблице косморегистратора астрофизические данные наблюдений. Затем, шлепая по ступенькам своими ластовидными ногами, быстро спустился на главную площадку, подбежал к астрографу, сделал три снимка и сразу же вернулся на свое место у мощного телескопа. Он не имеет права терять даром ни секунды, ведь его ждет эта загадочная планета. Захваченный энтузиазмом и рвением учителя, Фраст перепрыгивая сразу через четыре ступеньки, сбежал вниз и приготовился выполнять любые приказания. Между делом он отрегулировал линзы и в свою очередь сделал несколько снимков.
Так они проработали почти всю ночь. Лишь когда планета Три, завершая период обращения, превратилась в беловатую полоску, постепенно тающую во тьме, уставшие Куатил и Фраст закрыли и опечатали приборы, после чего спустились в комнату отдыха при обсерватории. Они молча, без всякого аппетита пожевали свои фрассы и отправились в кабины вздремнуть часок-другой. Им даже в голову не пришло съездить домой.
Пластинка видеовибратора дважды качнулась. Сигнальная антенна, мгновенно уловившая импульс, заставила Куатила проснуться. Он потянулся щупальцами к ночному столику, нажал кнопку, и сразу же на экране видеовибратора появилось треугольное лицо инспектора Маффа. Он поинтересовался результатами наблюдений.
Услышав ответ Куатила, инспектор сердито сверкнул глазами.
— Мурас те вир! — воскликнул он.
