Влюблённые в театр полностью

Начиная с 1975 года, Г. Алекси-Месхишвили является художником-постановщиком Грузинского академического театра им. Шота Руставели, а также сценографом Национального Оперного театра Грузии. На его счету – оформление более двухсот спектаклей в ведущих театрах разных стран мира.

Соседи Джоголы доносят о появлении Звиадаури старейшине кистинов Мусе. «Нет… Нет…», – звучит растерянный голос Мусы, приемного отца Джоголы. Глаза его горят, как угли, лицо страдальчески искажено и бледно от волнения. Муса не может поверить, что Джогола пригласил в свой дом врага, он всё ещё надеется, что это ошибка. (Роль Мусы исполняет замечательный грузинский актер Кахи Кавсадзе, исполнивший более 80 ролей на сцене Грузинского академического театра им. Шота Руставели и сыгравший около 100 ролей в кино). Однако мужчины селения жаждут крови, они потрясают оружием и кружатся в воинственном танце. Закон клана – «кровь за кровь» – превыше всего. Муса обрекает Звиадаури на гибель. Вооружённые воины врываются в дом к Джоголе и требуют, чтобы он убил своего гостя…

Смертельный конфликт раздирает душу Джоголы, он оказался перед необходимостью следовать святому обычаю гостеприимства и, в то же время, должен исполнять закон кровной мести. В эту страшную минуту Джогола делает благородный, но роковой выбор – он бросает вызов воинам своего клана, принимая сторону своего гостя. «Кровное», «родовое» сознание не оставляет отдельной личности права на поступок, противостоящий нормам, законам племени. Племенная правда, напоённая слепой местью, сталкивается с правдой высокой человечности. В этой драматической ситуации, когда происходит поединок между благородной волей индивидуальности и родовой общностью, между Жизнью и Смертью, побеждает насилие охранителей рода. Агхаза (Ирина Цикуришвили) предчувствует роковую развязку, но остается преданной мужу до конца.

…Ночью Агхаза, как Антигона из древнегреческой трагедии, тайком приходит на кладбище, где кистины лишили жизни Звиадаури, чтобы оплакать гостя. Недвижно застыли могильные надгробья, которые изображают круглые щиты в рук ах актеров. В этих круглых металлических щитах, напоминающих слепые глаза, чудится что-то враждебное. Женщина, тревожно оглядываясь, крадётся меж могил. Внезапно надгробья оживают, тени предков встают из могил, тянутся к Агхазе, чтобы помешать ей совершить задуманное. Они окружают Агхазу, не выпускают ее из круга, преследуют её. Охваченная смертельным ужасом, женщина бежит с кладбища…

Цепь Зла на этом не прерывается, ибо соплеменники Звиадаури тоже исповедуют закон кровной мести. Жены снаряжают их в поход. На прощанье они подносят мужьям воображаемые чаши с вином, оседлывают воображаемых коней. Хевсуры жаждут возмездия, они идут мстить кистинам за смерть Звиадаури. В этой битве гибнет бунтарь-одиночка Джогола, он один вышел сражаться с христианами, его соплеменники не приходят к нему на помощь. Смерть настигает и верную Агхазу. В интерпретации режиссёра храбры и отважны и хевсуры, и кистины. Напрасны лишь кровавые жестокие жертвы меж ними.