– Ты ночуешь здесь, – напомнила она, коснувшись мочки его уха кончиком языка. – Ты же сказал маме, что ты мой парень, и даже три раза поцеловал меня. И еще говоришь, что тебе нельзя заводить романы? – Она снова провела языком по краю его уха.
Он задрожал.
– Не надо так делать.
Но она уже взяла инициативу на себя. Она коснулась его губ, и ей показалось, что он не ответит, но губы у него стали мягкими, и он перестал сопротивляться.
Ей еще не приходилось никого соблазнять, первый успех вдохновил и придал ей силы и уверенности. Дункан вновь схватил ее в объятия, теперь они были даже крепче.
Когда поцелуй закончился, у него уже не было желания ее отталкивать.
– Я только хочу тебе сказать, что моя помощь – это не знак войны между полами.
Но Мэллори уже не хотелось говорить ни о работе, ни о перилах, ей лишь хотелось поскорее стянуть с него рубашку и погладить ладонями его кожу.
– Мэллори?
– Да, – вздохнула она. – Сними, пожалуйста, рубашку.
– Минуту назад ты хотела выкинуть меня из дома. – Лукавая улыбка затаилась в уголках его губ. – Ты простила меня?
– А если я тебя прощу, ты снимешь рубашку?
– И не будешь угрожать мне каждый раз, как я возьмусь тебе помогать? – Его руки соскользнули с ее талии. – Ведь я просто хотел тебя отблагодарить, а вовсе не показывать свое мужское превосходство.
Его взгляд говорил об искренности слов, как и губы – об искренности поцелуя. Дункан Мур был сейчас самим собой – мужчиной, который ей так нравился, которого она целовала, от которого вспыхивала быстрее соломы.
– Я верю тебе, – проговорила она, – поцелуй меня еще раз.
Она потянулась к нему, чтобы прикоснуться к его губам, но он остановил ее. Его пальцы нежно сжали ей руку, а в глазах застыло серьезное выражение.
– Что такое?
– Мне нужно тебя кое о чем спросить.
– Нет, я не курю, – решила отшутиться она.
Он усмехнулся, но рука еще сильнее сжала ей пальцы.
– Успокойся, я просто пытаюсь поступать правильно.
– Ох уж эта мне мораль. Не мог бы ты на несколько минут забыть о своих правилах?
– Вообще-то мог бы, но это было бы нечестно по отношению к тебе.
– Позволь мне самой решать, что честно, а что нет, – прошептала она, взяла его руку и положила себе на талию, потом обняла за шею и коснулась губами его щеки.
Он еще попытался сопротивляться, но потом руки у него ослабли, и девушка с радостью уловила момент, когда он решил сдаться. Огонь, угасший на момент разговора, снова вспыхнул.
Неожиданно он отпрянул, тяжело дыша.
– Мэллори, подожди, я так не могу.
– Что за глупости?
Господи, да он как подросток: нет, ладно, постой, подожди.
– Потому что есть кое-что, о чем я должен знать.
Она отошла от него и села на кровать.
– Ладно. Что там у тебя?
Он остался стоять у окна.
– Мне нужно знать, насколько вы близки с Блэйком.
– Насколько мы... что? – повторила она. – Да мы далеки друг от друга на сотни миль. Он помогал мне как-то раз красить гостиную, и все.
– А мне показалось, что он к тебе неравнодушен. Ведь вы же пошли прошлым вечером в казино.
Она покраснела. Ох уж эта ее теория «запасных парней». Как о ней расскажешь?
– Да, кажется, он неравнодушен. Он заинтересовался мной, как только я переехала сюда и начала ремонт. Наблюдал за мной с заднего двора, сидел под кустом. Я даже думала, что он извращенец, но теперь узнала его лучше. Этот парень такой же сладкий, как крем в пирожном, с ним можно сходить в казино, но общаться с ним скучно.
Мэллори очень хотелось вернуться к поцелуям. А что она будет чувствовать, когда дело дойдет до более важного? Она задрожала от предвкушения.
– А когда вы с ним гуляете, он не рассказывает тебе о своих делах, о своей работе?
Господи, ну когда они кончат болтать о всякой ерунде и снова начнут целоваться?
– Нет, я даже не знаю, где он работает. Кажется, на каком-то производстве, потому что приезжает домой на грузовике. Иногда. И его постоянно навещают друзья.
– То есть?
Она кивнула в сторону окна, которое выходило на двор Блэйка.
– К нему частенько заходят друзья, даже посреди ночи. Много друзей. Мне иногда кажется, что у него терпение святого.
– Особенно когда его навещает Хоуп?
Мэллори нахмурилась.
– Нет, у Хоуп не может быть с ним романа. Вероятно, она просто передала ему сообщение от брата.
– Но они с ее братом только что виделись.
– Кто его знает, может, он забыл что-нибудь. Я не знаю, но она точно не может быть его любовницей.
Дункан взглянул через плечо в окно, и зрачки у него расширились от удивления. Он схватил записную книжку и лихорадочно начал что-то записывать.
– Что случилось? – Мэллори подошла к окну и проследила за его взглядом.
Из машины вылез пожилой мужчина, который уже приезжал к Блэйку на той неделе. В левой руке у него был маленький розовый пакетик.
Странно. Розовый пакет выглядел точь-в-точь как те, в которых упакованы компьютерные детали. Она видела их тысячи, когда работала в компьютерной компании. Любопытно, зачем ему нужен этот конверт?
Дверь открылась, и мужчина скользнул в дом. Через пять минут он вышел обратно, сел в машину и уехал.
