– Что там насчет владелицы дома?
– Что именно тебя интересует?
– Она во всем этом замешана?
Он чувствовал себя совсем разбитым.
– Мы не уверены до конца, все, что я знаю, – она общается с Пэдью, иногда нанимает его работать у себя по дому. Она делает ремонт, а ей нужны работники. Но чемодан с деталями был найден под ее домом.
– Она могла об этом не знать.
– Возможно, но все равно это подозрительно. – Стерн взял отпечатки пальцев с того чемодана. Дункан мог только молиться, чтобы они не принадлежали Мэллори.
Барбара помолчала.
– Будь осторожен, я бы очень не хотела, чтобы пострадал невинный человек.
Дункан этого тоже не хотел. Если бы можно было забыть тот момент, когда он случайно увидел Мэллори заходящей в дом Пэдью... Дункан как раз собирался уезжать, а она шла с такой решимостью, с какой можно идти только к другу.
Вот что бывает, когда забываешь свою цель ради мужчины. Нечего было давать сбивать себя с толку незнакомцу с зелеными глазами и потрясающей улыбкой.
Сон кончился. Мэллори надела свой испачканный белый передник и начала работать. Похоже, дело Дункана распутано, и теперь ничто ей не помешает завершить ремонт. А дальше, наконец-то, жить своей жизнью. Какой захочется.
Глаза у нее наполнились слезами, и она села за стол, бессильно опустив плечи. В конце концов, Дункан мог бы и попрощаться. Он даже не сказал «до свидания».
А может, так поступают все детективы на свете? Дело закончено, и их нет как нет. Словно и не было никогда в твоей жизни. Да, скорее всего, это не единственный случай в Америке.
Вот только одного она понять не могла: почему он решил, что дело закрыто? Он чинил ее ступеньки с прогнившими досками, и ему пришлось побывать под домом. Там он обнаружил утечку в коммуникациях, а потом... потом он ушел. Это было весьма странно.
Впрочем, кто из них поступал странно, еще неизвестно. Не она ли совсем недавно решила быть независимой и не опираться ни на кого, тем более на мужчину? Так что происходит? Что изменилось? Неужели женщина не может быть самостоятельной рядом с мужчиной, которого любит?
Ее мысли прервал звонок в дверь. Она вскочила, ударившись коленкой о стол, и побежала открывать. Может, это Дункан.
На пороге стояла Элейн.
– Привет, дорогая, как дела? Где твой великолепный мистер Мур? Надеюсь, ничего страшного, что мои детишки полазают по деревьям?
Мэллори решила отвечать на вопросы по очереди:
– Я нормально, его здесь нет, и, конечно, с деревьями ничего не случится.
– Хм, тогда где же он? – Элейн бросила сумочку на столик и уселась на стул, где только что сидела Мэллори.
Мэллори посмотрела в окно, там Кевин и Холли пытались забраться на могучий кедр. Она достала из холодильника две бутылки клубничного лимонада.
– Ушел.
– А когда вернется? Я хотела бы поближе познакомиться с этим молодым человеком. Потому что любой человек, который заставит нашу мать слушать его открыв рот, достоин пристального внимания.
– Я не знаю, вернется ли он.
Элейн окинула пристальным взглядом комнату и подозрительно посмотрела на Мэллори.
– Не вернется? Да вы что, ребята, поссорились, что ли?
Ее сестра покачала головой.
– Ну... он был здесь еще сегодня днем, ремонтировал ступеньки. Я ушла по своим делам, а когда вернулась, то обнаружила, что он уехал. Он не оставил никакой записки...
Элейн поставила бутылки с водой на стол.
– Ой, да из их записок все равно ничего не поймешь. И это все случилось сегодня? Не может быть! А казалось, вы такая прекрасная пара!
– Ну, лично я бы так не сказала. Впрочем, как знать, может, через некоторое время мы бы и стали ею.
Мэллори ожидала от сестры лекции в духе их мамы, но Элейн лишь подвинулась к ней и тепло обняла. Мэллори стало так приятно от этого дружеского и родного участия, что она чуть не расплакалась у нее на плече.
– Вы будете вместе. – Голос у Элейн был таким твердым и уверенным, что Мэллори с удивлением на нее взглянула. – Мама сказала, что ты изменилась, и, по ее мнению, в лучшую сторону.
– Изменилась? – Если так говорит мама, значит, это правда.
– Она говорит, ты повзрослела. Не знаю, почему она так говорит о женщине, которой исполнилось двадцать восемь лет и у которой не один миллион долларов на счету, но кто я такая, чтобы судить ее?
– Заработать деньги может любой, но это не значит, что ты стал взрослым. В нашей компании всем удалось сколотить изрядную сумму.
Элейн фыркнула.
– Посмотри на Джона: в прошлом году ему исполнилось тридцать, у него вполне реальный шанс стать вице-президентом, но ощущает он себя все еще на двадцать один. А Дункан – это вполне взрослый, зрелый мужчина.
– Правда?
Элейн покачала головой.
– Если это не так, то он прекрасно притворяется. На той вечеринке я поняла, что он без ума от тебя, клянусь тебе.
– Я тоже так думала. – Она стала скрести ногтем этикетку на бутылке лимонада.
– И что ты собираешься делать в связи с этим?
– Я хочу доделать свои дела, вспомнить наконец, зачем я затеяла весь этот проект с новым домом. Я устала жить в зоне особого напряжения, пора становиться серьезной, ставить цели и добиваться их.
Элейн внимательно смотрела на нее.
