Влюбляясь в темноту полностью

Должно быть, Байрон был очень честным человеком. Когда они садились в карету, он сказал своей жене:

— Что за чудо! До вчерашнего дня я полагал, что если смогу получить тебя, то, значит, обрету в своей жизни все. И только сейчас, когда мы спускались по лестнице церкви, меня совершенно очаровала одна женщина, которая проходила мимо. Я забыл о тебе и желал получить эту женщину! Я совершенно забыл о тебе, потому что ты доступна для меня, и теперь ты стала для меня неважна. Теперь ты моя и ничего не стоишь.

Все притяжение — для недоступного. Все притяжение — для того, что пока недоступно. То, что доступно, становится бессмысленным. Почему? Потому что фантазировать можно только о недоступном удовольствии. Но наши фантазии о радости заканчиваются, когда что-то становится доступно. Случился лишь проблеск удовольствия, а потом он оказался потерян. С фантазией покончено.

Поэт выразил это так: «Блаженны те любящие, которым никогда не удается заполучить своих возлюбленных, потому что они могут представлять себе удовольствие от единения со своими возлюбленными всю оставшуюся жизнь. И не повезло тем любящим, которые заполучили своих возлюбленных, потому что они познают, что попали в ад».

Все наши удовольствия на любом уровне — воображаемые. А все наше страдание — совершенно реально. Никто не рисует в своем воображении страдание. Кому есть дело до того, чтобы воображать страдание? Мы стараемся избегать боли, а наши удовольствия воображаемы. В этом трудность жизни. И человек, проводящий время за рисованием воображаемых удовольствий, становится потерянным.

Мы можем в конечном итоге навоображать столько всего...

Глава деревни, в которой жил Маджну, позвал его и сказал:

— Ты с ума сошел? Девушка, в которую ты безумно влюблен, Лайла, — совершенно обычная девчонка. Мы найдем для тебя гораздо более интересных девушек. Мы созвали множество девушек, пойдем посмотрим. Ты сошел с ума, потому что ее отец не позволяет тебе с ней встречаться. Просто отпусти ее, в ней нет ничего особенного. Она выглядит совершенно обычно.

Вы тоже можете подумать, что Лайла красотка, но вы ошибетесь. Лайла —обычная девушка, некрасивая девушка. Но знаете ли вы, что ответил Маджну? Он сказал:

— Нет, нет. Вы не знаете, только Маджну способен воспринять красоту Лайлы.

Глава деревни спросил:

— Что ты имеешь в виду? Что я слеп?

Маджну ответил:

— Нет, вы не слепы. Я слеп. Но то, что видно мне, могу видеть только я и никто другой. Я вижу все только в Лайле! Я никого больше не вижу.

Итак, никто не способен увидеть то, что воспринимает Маджну. Поэтому влюбленные кажутся безумными. Вся деревня будет называть его сумасшедшим, кроме него самого. Только тот, кто помешан на своей возлюбленной, не будет способен видеть свое собственное безумие. Сети его воображения так переплелись, что он не способен видеть то, что видите вы, он воспринимает что-то другое.

То, что влюбленный видит в своей возлюбленной, — проекция его воображения; необязательно это на самом деле есть в его возлюбленной. То, что влюбленная видит в своем возлюбленном, — проекция ее воображения; в ее возлюбленном на самом деле этого нет. Удовольствие, которое, как нам кажется, мы получаем от общения с другими людьми, — это проекция нашего воображения, которое мы распространили на них. И как много времени уйдет на то, чтобы эта проекция исчезла? Она исчезает в одно мгновение. Она умирает при приближении. Она уже начинает угасать при знакомстве, она испаряется при сближении. Она исчезает при близких отношениях. Ее питала удаленность, расстояние заставило ее появиться.