У Лори внезапно заболела голова. Какое ей дело, в конце концов? Она уже будет далеко отсюда, когда настанет эта столь важная дата. Но ей тут же вспомнились не слишком лестные слова Стивена об отношении его отца к нему и к Роберту. Роберта он считал своим первенцем, хотя тот родился всего на минуту-другую раньше брата, и возлагал на него надежды, которые юноша не оправдал, потому отец и установил нынешний порядок управления судоверфью. Дядя Вернон тоже говорил Лори, что от отца братьев Коннорс можно ждать чего угодно. Так что неизвестно, что у них впереди...
Лори бродила по саду, пока не решила, что стол в гостиной наверняка уже накрыт, и лишь тогда неохотно пошла к дому. То, что начиналось как веселое развлечение, превратилось в нечто прямо противоположное.
Как Лори и предполагала, служанка была уже в гостиной и разливала чай. Братья как будто немного успокоились.
— Мне очень жаль, что вам пришлось наблюдать эту сцену, — торопливо проговорил Стивен. — Просто, когда вы появились, я только что приехал с тетей Фридой и не владел собой.
— Не беспокойтесь из-за меня, — пробормотала Лори. — И хочу вас заверить — то, что я здесь услышала, дальше не пойдет.
— Спасибо, — сказал Роберт. По его голосу чувствовалось, что он все еще на взводе.
Хотя, конечно, Стивен узнал обо всем раньше, а потому у него было больше времени подумать и взять себя в руки.
— Если вы не возражаете, я сразу после чая поеду домой, — сказала Лори, не обращаясь ни к одному из братьев определенно.
— Конечно, — отозвался Роберт. — Достаточно вам впечатлений на один день.
Лори взглянула на него с подозрением: то ли он смеется над ней, то ли просто еще не остыл после стычки со Стивеном. Только если он полагает, что шумный деревенский праздник и его дурацкая перебранка с братом способны вывести ее из душевного равновесия, то он ее совсем не знает.
Лори была рада покинуть, наконец, Коннорс-Корт, хотя было бы намного лучше, если б ее повез Стивен. Роберт был явно взбешен тем, что отец лежит в могиле, а все продолжает диктовать ему свою волю. Лори поежилась. Господи, что за картины лезут ей в голову. А потом, ведь вполне возможно, что братьев ждет щедрый отцовский дар, пусть и запоздалый...
— Не придавайте значения нашим ссорам со Стивеном, — внезапно заговорил Роберт, когда они, проделав в молчании почти весь путь, приближались к Хартман-Хаусу. — Я слышал, у вас нет ни братьев, ни сестер... Знаете, такое часто случается между братьями, да и между сестрами тоже, особенно если у них небольшая разница в возрасте. А уж близнецов вообще ничто не разделяет.
Если не считать того, что они постоянно соперничают друг с другом, подумала Лори. Он бросил недовольный взгляд на ее отчужденное лицо, но никак не выказал своего раздражения.
— Должна вам сказать, я слышала немало споров, даже очень горячих, в нашем доме. К моему отцу часто приходили друзья и коллеги. О чем они только не спорили, о политике, о социальных вопросах, да о чем угодно, — и мне тоже позволялось вставить слово и высказать свое мнение.
— Ах да, — протянул Роберт. — Я же забыл, какие вы, американцы, прогрессивные по сравнению с нами. Да, в этом мы отстали, ничего не скажешь.
Он что, намекает на то, что английские леди считают ниже своего достоинства принимать участие в спорах? Ну и пусть. Она сделает вид, что ничего не поняла. Они уже почти приехали, да и вообще на сегодня впечатлений достаточно. По крайней мере, будет о чем подумать. Не в последнюю очередь Лори занимала причина странного поведения Стивена. Конечно, это семейное дело Коннорсов, но так получилось, что она, сама того не желая, оказалась в гуще событий.
Лори вспомнились горящие глаза Стивена, напрягшиеся жилы на мощной шее, и почему-то от этих воспоминаний ее охватило нервное возбуждение. Да, он не чужд физического труда, потому такой сильный, он из тех, кто не будет сидеть в стороне, когда другие работают, Лори это чувствовала инстинктивно. И пусть кому-то Стивен покажется менее интересным, чем его брат-бродяга, все равно он ему не уступает в мужественности. Ничуть.
— Нет, вам стоит задержаться здесь до нашего дня рождения, — сказал Роберт, смягчая тон. Наверное, решил, что переборщил с сарказмом. — Жаль, что вы уже купили билет. Вы когда-нибудь были на маскараде?
— Нет, никогда, — ответила Лори. — Должно быть, это интересно...
— Еще как. Это будет нечто! Вашу тетю и дядю мы уже пригласили, и, если вы решите остаться, обещаю, ваше имя будет во главе списка приглашенных. В каком бы костюме вы ни пришли, вы все равно затмите всех местных девушек.
— О, благодарю, сэр, вы так добры, но как вы можете такое говорить после того, как я видела вас со столь прелестными девушками? — сказала Лори и засмеялась, глядя в его посветлевшее лицо.
— Но я так считаю! — воскликнул Роберт. — Я действительно хочу, чтобы вы остались. Мы все хотим.
Наверное, так оно и есть, подумала Лори. Ну почему все на нее так давят, хотя, по правде говоря, слышать это очень приятно.
