Какое-то время Комбат мчался по прямой, держа в руке последний нож, а затем свернул налево, пробежал шагов тридцать, шмыгнул за большое дерево и прислушался. Тихо. У боевиков явно испарился охотничий азарт. Теперь они действуют осторожно и, наверно, одной группой. Скоро это выяснится. Борис не успел отбежать далеко, преследователи должны вот-вот появиться. Исходя из своего опыта, Борис предположил, что ребята бесконечно далеки от выслеживания добычи и попадаются на самые примитивные уловки. Через минуту Комбат в этом убедился. Боевики шли, стараясь двигаться точно по прямой. Именно шли, словно преследовали смертельно раненного зверя. Их было трое. Они двигались молча, напряженно всматриваясь в раскинувшийся перед ними лес. Будь у Рублева пистолет, через несколько минут банда перестала бы существовать.
Но приходилось считаться с реальностью. Комбат хотел двинуться за боевиками, но те вдруг остановились, обменялись несколькими фразами и повернули обратно. Борис осторожно направился к укрытию. Ирина находилась там. Увидев Комбата, она радостно улыбнулась, потом нахмурилась и принялась сердито выговаривать:
— Я тут чуть с ума не сошла, когда началась стрельба. Думала о самом плохом. Все, теперь вы без меня никуда не уйдете!
— Жизнь покажет, — уклончиво сказал Рублев…
Боевики решили отказаться от преследования. Противник оказался слишком ловок и хитер. Сто шансов из ста, что он первый заметит их и скроется, если они будут идти вместе. Значит, надо разделиться. Но от этой мысли у всех троих задрожали коленки. Оказаться в одиночестве, когда где-то рядом затаился опытный и безжалостный враг? Нет уж, увольте! Боевики вернулись к месту схватки. Они забрали тело Сифона, оставив Цезаря там, где его настигла смерть.
Заметив мрачную процессию, Марципанов подскочил к Климу:
— А где Цезарь? И Демьян с девчонкой?
— Цезарь убит, девчонку мы не нашли, — угрюмо ответил Клим.
— Ну помощнички! — всплеснул руками Игорь Леонидович. — Снова облажались! И кто вас ткнул мордой в дерьмо? Демьян! Демьян, которого ты, Клим, считал последним человеком в команде! Наверное, обманывал меня, боялся, что я оценю Демьяна по достоинству и поставлю на твое место…
— Демьян мертв, — оборвал хозяина Клим.
— Вы его убили?
— Нет, это сделал другой человек.
— Не понял?!
— Вот, гляньте, в Сифоне торчит метательный нож. Цезаря тоже прикончили ножом. Демьян ими вообще пользоваться не умел, а тут работа мастера.
— Значит, ты хочешь сказать… хочешь сказать, — от волнения Марципанова заклинило, он не мог подобрать нужных слов.
— Да, против нас действует настоящий профессионал, — закончил за хозяина Клим. — Не пойму только, почему он пользуется ножами, а не пистолетом.
— У него при себе не оказалось пистолета, — высказался Буек.
— А оружие Демьяна?
— Наверное, он метает ножи лучше, чем стреляет, — предположил Буек.
— Все, хватит болтать, надо действовать, — взорвался Марципанов.
Игорь Леонидович наконец оценил всю серьезность положения. Рядом с ним находилось четыре боеспособных человека.
«Нет, три, — поправил себя Марципанов. — Конан не брался защищать мою жизнь. В критической ситуации он запросто переметнется на сторону врага. Нет, четверо, ведь еще есть Локоть, хотя и не оправившийся как следует после ранения. Значит, три с половиной. Мало, очень мало, если им противостоит искушенный боец».
— Короче, так, — заговорил Игорь Леонидович, — я немедленно собираю всех. Филина, Лунатика и остальных. Пусть едут и везут свору ищеек. До их появления соблюдать максимальную осторожность. Всех пленниц загнать в один дом. На ночь у двери и окон установить растяжки. Клим, у нас здесь гранаты есть?
— Нет, и взрывчатки кот наплакал. Но я сооружу хлопушки.
— Какие хлопушки?
— Если мужик попытается освободить пленниц, они сработают, и мы его засечем.
— Его не засекать, а мочить надо! — возмутился Марципанов.
— Замочим. Засечем и замочим, — хладнокровно ответил Клим.
Он видел, что состояние хозяина близко к паническому, и решил вселить в него уверенность.
— Смотрите, как бы он нас не замочил, — буркнул Игорь Леонидович.
— Мы теперь знаем, с кем имеем дело, и примем меры. Главное — оставаться в лагере. Лес — его территория, а здесь со своими ножами он против стволов ничего не сделает, — ответил Клим и неожиданно спросил: — Вы жеребьевку будете проводить сегодня вечером или завтра утром?
«Какая на фиг жеребьевка! Ты хоть соображай, что говоришь», — хотел воскликнуть Марципанов, но прикусил язык.
