Поудобнее устроившись в машине, Борис стал ждать. Вынужденное безделье пробудило воспоминания о событиях вокруг фитнес-центра. Команда, в которой рэкетирствовал Волдырь, представляла собой стаю агрессивных и алчных дворовых пацанов. Сбившись в единое целое, они сумели подчинить себе нескольких бизнесменов. Действовали вымогатели исключительно кулаками, на мокрое дело идти боялись и, хотя обзавелись парочкой стволов, использовать их были готовы только в крайнем случае. И они слишком поздно сообразили, что Комбат — это и есть крайний случай! Они приняли Рублева за чересчур самоуверенного старпера, ищущего приключений на свою задницу. Волдырь вообще наобещал ему столько во время их первой встречи, что исполнись хотя бы один из его посулов, часы Комбата на нашей земле-матушке оказались бы сочтены. Рублев на обещания поскупился, ограничился делом. Дело это надолго лишило Волдыря возможности кому-то угрожать. И посеяло сомнения в верности избранного жизненного пути. Как говорится, память о карающей руке Комбата навечно осталась в его сердце!
Волдырь одним из первых усвоил прописную истину, что брать чужое очень плохо. Затем Борис приучил к этой аксиоме остальных вымогателей. Рублев отбивал у них охоту рэкетирствовать в буквальном смысле этого слова. И хорошо отбивал! Лишь несколько счастливчиков избежали наглядных уроков Комбата.
Сгустились сумерки. Буквально в пяти метрах от «форда» остановилась колымага, едва ли заслуживающая гордого имени «иномарка». Лишь фирменный значок «опеля» робко намекал на это. Рублев встрепенулся. Он увидел, как из машины выбрался Волдырь и направился к подъезду. Когда надо, Комбат мог передвигаться очень быстро и очень тихо. Волдырь ничего не услышал. Бывший вымогатель набрал код входной двери и очень удивился, когда, стоило зуммеру просигналить о выполненной команде, ему на плечо легла тяжелая рука. Волдырь нервно дернулся, обернулся, и на лице его появилось такое выражение, словно на него одновременно собирались наброситься все отрицательные герои фильма «Ожившие мертвецы».
— Здравствуй, Гена! — ласково сказал Комбат. — У меня для тебя две новости. Одна хорошая, вторая плохая. С какой начать?
— С л-л-любой. Как вам удобнее, — заикаясь, предложил Волдырь.
— Ладно, согласен. Тогда начну с хорошей. Только давай зайдем к тебе, а то разговор длинный, зачем торчать на улице, — Комбат распахнул дверь и подтолкнул Волдыря в спину.
Тот едва шевелил ногами, а лицо его налилось свекольным цветом. Рублев подумал, что от страха парня может хватить удар.
— Так вот, Гена, хорошая новость заключается в том, что я сегодня не по твою душу. Пообщаюсь с тобой и уеду, надолго забыв о твоем существовании. Теперь о плохой… Да ты шевели конечностями, а то мы в твое жилище никак не доберемся. Вот, молодец, еще добавь газку!
Квартира Волдыря находилась на третьем этаже. Комбат не стал осматриваться, а быстро прошел в комнату.
— Садись, разговор долгий будет, — великодушно разрешил он хозяину.
Волдырь послушно устроился в кресле.
— Значит так, Гена, плохи наши дела. Тебя недавно видели возле хорошо известного нам с тобой фитнес-центра. Я не стану спрашивать, чего тебя туда занесло. Потому что знаю. И все твои утверждения типа ностальгия замучила будут мной игнорироваться сразу. Хочу получить от тебя честный ответ без наводящих вопросов.
— Так я случайно там оказался. Мотался по своим делам, шел мимо, и меня тут же засекли, — всем своим видом Волдырь демонстрировал предельную откровенность.
— Да, Гена, конечно, и Дарья Демидова после твоего визита тоже случайно пропала, — мгновенно отреагировал Комбат.
— Я впервые слышу это имя! — воскликнул бывший рэкетир.
Теперь его слова прозвучали абсолютно искренне. Рублев качнул головой.
— Вот сейчас тебе я верю. И это большой плюс в твою пользу. Хорошо, я сформулирую свой вопрос иначе. Кто приказал тебе следить за российской чемпионкой по боям без правил?
Волдырь медлил с ответом. Он явно пребывал в растерянности.
