Светлана поняла, что культуристка права. Привлекать внимание охранников ей совсем не хотелось. Она стиснула от злости зубы и вцепилась в предплечье культуристки. Завязалась отчаянная борьба. К огромному удивлению Светланы, Червякова никак не могла с ней справиться. Ей-то казалось, что Муза скрутит ее за две секунды. Ничего подобного! Огромные, с рельефными мышцами руки культуристки медленно, но верно проигрывали борьбу вдвое более тонким, но привыкшим к огромным нагрузкам рукам гимнастки. Невзрачные с виду рабочие мускулы брали верх над дутыми, напичканными химией, показушными мышцами. После напряженной борьбы Светлана начала понемногу выкручивать руки противницы. Той стало не до любовных игр. Отчаянно дернувшись, Червякова вырвала одну руку. И тут гимнастка допустила ошибку. Ей бы сосредоточить все усилия на второй руке, взять ее на излом и вытолкать Музу из своего укрытия. Увы, Юрьева решила использовать то, что у нее замечательно получалось на тренировках. Подтянув культуристку к себе, она швырнула ее через бедро. Словно в учебном фильме, мощное тело шмякнулось на одеяло. Но Червякова успела схватить противницу за локоть. Светлана не удержалась на ногах и упала сверху. Муза сноровисто оплела ее тело своими ногами. Вот тут она имела явное преимущество. Твердые, будто сплетенные из стальных канатов, ноги культуристки обладали громадной силой. Их сжатие напоминало давление механического пресса. Юрьева начала задыхаться. Она умудрилась просунуть руку под огромное бедро, но только зря потратила силы. Червякова словно не замечала того, что гимнастка пытается ослабить ее хватку. Она перевернулась на бок и, зажав сосок груди Юрьевой между двумя пальцами, стала нежно теребить его. Светлана дернулась от отвращения.
— Расслабься. Сейчас я просто удерживаю тебя. Если я сожму ноги, то переломаю твои косточки, — прошептала Червякова и усилила давление.
Юрьева застонала.
— Что, больно? Тогда лежи спокойно, если не хочешь вместе со мной получать удовольствие.
Червякова опять занялась грудью своей жертвы. Теперь она лапала ее всей пятерней, а губами впилась в шею гимнастки.
«Господи, она, чего доброго, вздумает целовать меня в губы», — с отвращением подумала Светлана.
Но ее ждало другое испытание. Рука Музы соскользнула вниз, нежно погладила верх живота, миновала ногу культуристки, продолжавшую крепко сжимать Юрьеву, и юркнула в трусики гимнастки. Светлана опять отчаянно дернулась.
— Ты зря сопротивляешься, моя прелесть. Сейчас ты убедишься, какое наслаждение способна доставить опытная женщина своей подружке, — прошептала ей на ушко Червякова.
Но теперь пришла ее очередь ошибаться. То ли культуристка решила, что Юрьева сломлена морально, то ли не имела представления о возможностях гимнасток высокого уровня. Трудно сказать. В любом случае Муза ослабила давление. Этого хватило Светлане, чтобы ужом выскользнуть из удушающего захвата. Она вскочила на ноги. Муза тоже поднялась, недобро взглянула на упрямую девчонку.
— В следующий раз тебе не вырваться, — пообещала она.
— Следующего раза не будет, — с вызовом бросила Юрьева.
Упорные тренировки сослужили ей хорошую службу. Теперь, кроме гибкого сильного тела, Светлана обладала знанием приемов самообороны. Конечно, Муза превосходила ее в умении боксировать. Но культуристка не хотела избивать очаровательную девушку. Помня о сильных руках гимнастки, Червякова решила на всю катушку использовать свои ноги. Для этого требовался сущий пустячок — схватиться вплотную. Только и Юрьева успела оценить все недостатки и преимущества соперницы. Она ловко увернулась от клинча, быстрым движением оказалась чуть сзади Червяковой и захватила ее руку. Почуяв, что дело запахло жареным, культуристка отчаянно рванулась. Но попробуй освободись из цепких пальцев, которые удерживали гимнастку во время вращений на брусьях. Вспомнив уроки Буйка, Светлана второй рукой надавила на локоть Червяковой. Та охнула, согнулась, одно ее колено коснулось земли.
— Не вопи, а то сюда весь народ сбежится, — спародировала Юрьева фразу Музы.
— Радуйся, девочка, сейчас твоя взяла. Но ты мне нравишься, и у нас еще будут встречи. Обещаю тебе не повторять своих ошибок.
— Конечно. Главную ошибку совершила природа, дав тебе появиться на свет.
— Тебе хочется пошутить надо мной или оскорбить? В любом случае ты это напрасно делаешь. Со мной лучше дружить, чем находиться в ссоре.
— Насколько я знаю, дружбы между женщиной и мужчиной не бывает. Рано или поздно она заканчивается банальным сексом, — заметила Светлана, продолжая удерживать Червякову.
— Ладно, отпусти. Даю слово тебя не трогать, — взмолилась культуристка.
— Хорошо, иди. Только запомни: тебе лучше здесь не появляться.
— А то что? — освобожденная Червякова обрела прежнее нахальство.
— Увидишь. Хотя нет, скажу тебе прямо сейчас. Я подумала, что веселее загорать в компании. Допустим, Геры и Ксюши Истоминой.
— Ничего, на этом закутке свет клином не сошелся, — мрачно процедила Червякова.
