Нет, яхта явно была не его. Какой бы успешной ни была эта сеть ресторанов, но собственная яхта это слишком круто даже для ее владельца, не говоря уже о простом управляющем. Нет, точно – яхта не его! Скорее всего арендовал на пару часов, или просто попал на какую-то вечеринку для туристов – такие бывают, я видел на Youtube.
Но даже без яхты, завидовать было чему! С таким набором достижений Тёма наверняка будет смотреть на всех остальных одногруппников свысока, а может быть даже с некоторой долей презрения. И ничего с этим не поделаешь.
По крайне мере мне пока похвастать было нечем. Голливудским сценаристом я все ещё не стал. После окончания положенного творческого карантина (затянувшегося правда на полтора года вместо рекомендуемых двух месяцев) я неоднократно садился за доработку сценария, но работа продвигалась очень медленно. Перечитывая сценарий я понимал, что мои персонажи не достаточно проработаны, их поступки не достаточно мотивированы, а диалоги не достаточно ясны и лаконичны. Тогда я обращался за советом к интернету – находил там рекомендательные статьи по правилам написания сценариев типа «10 признаков отличного диалога», «6 ошибок сценариста», «12 рецептов сильной сцены», «Как показать в сценарии мысли и чувства», «Как сделать историю предельно интересной», «Правильная структура сценария», «Знаковые сцены продают сценарий» и прочее, прочее, прочее. Дочитав очередную статью, я на короткое время ощущал творческое озарение и начинал перепроверять свой сценарий на соответствие советам успешных голливудских сценаристов, а затем принимался вносить изменения в сценарий. В результате одну сцену я мог переписывать по несколько раз – сначала правил диалоги и корректировал действия героев, потом сокращал описание интерьера и экстерьера, а потом все это вместе еще раз и еще, чтобы выполнить главное правило для сценаристов – «показывай, а не рассказывай».
Кто-то назвал бы это перфекционизмом, стремлением к совершенству, я же понимал, что тупо завяз в трясине сомнения и неуверенности в себе. Я злился на себя за свою нерешительность и страх перед принятием окончательного решения. Эти внутренние противоречия отбивали во мне всякое желание заниматься сценарием, и в результате некогда вожделенное и почти магическое для меня действо, превратилось в мучительный затянувшийся процесс, которому не было видно ни конца, ни края, и от которого я подсознательно пытался уклониться под любым предлогом. Я уже давно перестал корректировать свой план-график достижения мечты и теперь даже примерно не мог сказать, когда закончу работу над сценарием и когда наступит моё успешное будущее, которым можно будет хвастаться перед окружающими, в том числе перед Тёмой.
В остальном моё текущее положение поводов для гордости также не давало: старая пусть и трехкомнатная квартира в типовой многоэтажке; взятая в кредит Шкода Октавия и то в средней комплектации; скромная должность заместителя начальника отдела всё в той же фирме по производству пластиковых окон и дверей; жена не красавица – к 34 годам моя Оксана хоть и стала уже вполне привлекательной женщиной с очень неплохой фигурой, но назвать ее сногсшибательной красоткой было нельзя даже с большой натяжкой; единственный сын тоже какими-либо успехами не блистал. Как-то мы с женой завели разговор на эту тему:
– Может нам Димку в секцию какую-нибудь отдать? – жена, сидя на диване, заканчивала наносить ночной крем для лица. Я лежал рядом и смотрел телевизор.
– Точно надо. Будет побеждать на соревнованиях, кубки приносить, медали, грамоты там всякие, будем гостям показывать. Можно на бокс или на футбол.
– Нет надо что-нибудь более оригинальное, интеллигентное что ли.
– Ну тогда на шахматы.
– Неееет, этим сейчас никого не удивишь. Хочется чего-нибудь такого, что бы все увидели и «Вау»! Ну, например, латиноамериканские танцы, а? – предложила жена.
Я был категорически против танцев в блестящих обтягивающих костюмах с прилизанными гелем волосами, поэтому Димка наш так ни куда и не начал ходить, а просто бегал во дворе и гонял мяч с такими же обычными пацанами, не давая своим родителям поводов для гордости.
В общем, в ожидании предстоящей встречи выпускников, я заведомо был настроен негативно. Я был уверен, что Тёма будет вести себя высокомерно, будет демонстрировать всем своё превосходство и обязательно начнет хвастаться своими машинами, квартирой, загородным домом, путешествиями. При этом будет он это делать не в открытую – прямолинейно, а извращенно скрытно – непринужденно так, как бы между делом. А мне придется скромно сидеть и помалкивать, стараясь не привлекать к себе внимания из опасения что вдруг кто-нибудь спросит: «Валек, а у тебя какая квартира?» или «А ты на чем ездишь?». И любой мой ответ на подобный вопрос будет выглядеть жалким оправданием моего никчемного существования.
