Главы стран, осознав, что не имеют сил и ресурсов справиться с катаклизмом, начали заключать между собой союзы. В результате образовалось три государства: Европейская Коалиция (ЕК) (1 января 2065 года), Азиатский Союз Стран (АСС) (1 июня 2066 года), Объединенная Африка (ОА) (1 декабря 2066 года).
Принятые меры объединенных сил стран позволили уменьшить ущерб и дали больше возможностей для распределения ресурсов между выжившими людьми. Но наиболее ослабленной в тот период Объединенной Африке не удалось полностью взять ситуацию под контроль. В апреле 2067 года началась непродолжительная, но бурная гражданская война, в ходе которой за два месяца прекратили работу все государственные учреждения, а также были прилюдно казнены все правительственные лидеры. Власть захватила военная хунта, образовались провозглашенные ими же свободные города. Переворот нисколько не улучшил положения людей, все так же умирающих от голода. В этот период был дан большой толчок к появлению работорговли, которая и по сей день является большой проблемой не только для ОА, но и для остального мира.
С 2070 года в ЕК начался общий подъем как в сельском хозяйстве, так и в производстве. Обладавшая на тот момент наибольшей пригодной для жизни территорией ЕК имела больше возможностей для восстановления экономики и поддержания минимального оборота ресурсов внутри страны. Не обладавший подобными территориальными ресурсами АСС продолжал ощущать сильный кризис, что вынудило Союз 15 сентября 2072 года развязать вооруженный военный конфликт с ЕК. ЕК отступила из-за недостатка военной мощи и человеческого ресурса, и уже 1 февраля 2073 года был подписан мирный договор, по которому АСС отводилась вся дальневосточная территория ЕК – Урал и Сибирь.
Подобное перераспределение земель, вопреки ожиданиям, пошло на пользу развитию обеих стран, хотя ни о каком сотрудничестве говорить не приходилось. Военный конфликт унес много жизней и полностью подорвал отношения между странами.
2075 год был ознаменован вторым подъемом ЕК. Развитие науки и новейшие ее достижения помогли справиться с нарастающей угрозой кризиса ресурсов. Особые успехи были сделаны в сферах генетики и компьютерной инженерии. Вплоть до 2100 года ЕК развивалась прогрессивными темпами, пока 23 мая 2100 года новая антропогенная катастрофа полностью не изменила устройство ЕК. Генетические лаборатории ЕК подверглись массовой атаке террористической организации «Феникс», в ходе которой был распространен опаснейший вирус, получивший название генной болезни. Также террористы выпустили на свободу существ, выведенных в лабораториях в попытках ученых создать искусственную жизнь. Многих из них убили почти сразу, но некоторым удалось скрыться далеко на просторах Африканского континента. Случаи их нападения на человека фиксируются до сих пор. Однако основной проблемой стала именно болезнь, уносящая с каждым днем все больше жизней.
Чтобы спасти остатки не заразившегося населения, ЕК предпринимает отчаянный шаг – организуется отбор. Здоровых людей переселяют в особые города, которые впоследствии окружаются защитным барьером».
Питер бросил читать, глаза предательски защипало. Конечно, он знал об этой болезни, он даже знал, что болен, как и его отец, как и все его друзья и их родные. Именно поэтому они и живут во внешних городах, а не в защищенных куполом внутренних. Но понимание этого не делало ситуацию менее обидной. Разве он виноват в этом? Разве в этом виноват хоть кто-то, кто живет сейчас во внешних городах? За что их тогда так не любят все те, кто живет по другую сторону защитного барьера?
– Я себя отлично чувствую, – вслух сказал мальчик, громко всхлипнув, чем немало обеспокоил отца, сделавшего прямо противоположный вывод. Взволнованный, он подскочил к мальчику и приложил руку к его лбу, проверяя температуру. Не обнаружив никаких отклонений, мужчина присел на корточки возле сына и спросил:
– Что случилось?
– Я не чувствую себя больным, я ведь никогда не пропускаю прием лекарства, со мной все хорошо. И ты тоже, – он вновь всхлипнул. – Почему тогда мы живем здесь?
– Это очень хорошо, что ты не чувствуешь себя больным, – успокаивающе улыбнулся отец, но улыбка вышла слегка натянутой. – Просто это не обычная болезнь, как простуда, которой ты болел этой зимой. Ее нельзя вылечить, она внутри нас. Лекарство позволяет нам не бояться ее, но от этого она не исчезает.
– Тогда в этом нет смысла, – Питер вновь резко отодвинул планшет, по щекам уже в открытую катились крупные слезы. – Во всей этой учебе.
– Хочешь прогуляться со мной? – неожиданно сказал отец, выпрямляясь. Питеру не очень хотелось, он был слишком расстроен, но оставаться дома ему не хотелось еще больше, поэтому он вытер рукавом кофты слезы и кивнул.
